— Очень смешно, — фыркнула Твайлайт, затем провела правой передней ногой по гриве, убирая отросшую чёлку, на всякий случай осмотрелась и тихо произнесла: — Я мечтаю спихнуть всю бюрократию на Селестию, когда она вернётся к нам во плоти, а сама хочу сбежать в библиотеку Понивилля. Включу магический барьер, и хуф меня кто оттуда в ближайший год вытащит.
— А-а-а… есть ты что собралась? — не нашлась с более умным ответом на такое заявление бывшая фокусница.
— Книги на что? — подмигнула сиреневая единорожка. — Я ещё не забыла заклинание трансформации.
— Ха… — Луламун изобразила стук передними копытцами. — Браво: ты перевела на новый уровень фразу «Грызть гранит науки».
— Обращайся, — вновь ускорившись, произнесла Твайлайт. — Всегда рада помочь.
…
Работая вместе, Луна, Твайлайт и Рарити довольно быстро справились с тем, чтобы одну за другой выловить души пони, запертые в чане ЗВТ. Начали они с тех, которые находились в состоянии, которое можно было назвать спячкой, затем переходили к более активным, а под самый конец взялись и за саму Трикси, являвшуюся центром своеобразной паутины (благодаря чему её сознание и было доминирующим). После «захвата» и «извлечения» от аликорницы и её помощниц требовалось провести «изгнание», чтобы освободить тело для нового владельца, а затем и «интеграцию» с «отсечением» от паутины.
Было ли им совестно лишать жизни одних пони ради других? Для данной процедуры использовались жеребцы и кобылы из той категории, которых в иной ситуации предпочли бы расстрелять. Впрочем, делалось это лишь в качестве исключения, так как готовых тел клонов попросту ещё не имелось…
И вот, словно по сигналу, синие и зелёные аликорницы начали ворочаться, поднимать головы, открывать глаза и оглядываться. Неподалёку от них дежурили рободоки, сама принцесса ночи, Спаркл и несколько шестилапов… что было излишней мерой предосторожности, так как блокирующие магию кольца плотно фиксировались на рогах, а физические данные не позволяли сильно буянить.
— Г-Гештальт?.. — позвала одна из зелёных кобыл.
— Я здесь… — отозвалась её сестра, после чего встретилась взглядом с незнакомой, но вызывающей узнавание аликорницей. — Мозаика?
— Что за… — одна из синих кобыл удивлённо заморгала, уставилась на свои передние ноги, потом посмотрела на крыло и дальше на круп, где проступила кьютимарка в виде перегонного куба. — А-а-а-а! Почему я — кобыла?!
— Хи-хи… — Трикси с удовольствием зажмурилась, наслаждаясь необычайно приятным ощущением тишины в голове, при этом стараясь не обращать внимания на то, что вместе с этим лишилась и большей части магических сил. — Я ни о чём не жалею.
***
— И что же тебя так взволновало, Крусейдер, что ты попросил о разговоре в такое время? — намекая на то, что сейчас Твайлайт и Луна вынуждены объясняться с новоявленными аликорнами, последними воспоминаниями которых являются фрагменты того дня, когда Эквестрия сгорала в огне мегазаклинаний, спросила Селестия, устроившись за столом виртуального ресторана. — Или же ты специально выбрал этот момент, чтобы нам никто не помешал?
На последних словах интимный полумрак разогнал свет множества свечей, а тишину зала заполнила лирическая музыка. Впрочем, не мне судить кобылу, прожившую несколько тысяч лет, обвиняя её в эксцентричности.
— Ничего такого я не подразумевал, — пожимаю плечами, сидя за тем же столом в образе серого земнопони в деловом костюме.
— Правда? — изобразила недоверие принцесса, поставив локти на стол и соединив копытца под подбородком. — Жа-а-аль… И что же ты хотел показать?
Отдаю мысленную команду — и между нами на столе появляется серебристый шлем с непрозрачным забралом и прорезью для рога.
— Массовая модель шлема виртуальной реальности, — поясняю на вопрос, высказанный молчаливым поднятием бровей. — Здесь использованы технологии шаров памяти, позволяющие погрузить пользователя в чужие воспоминания, высокоскоростной передатчик информации и амулет диагностики организма: в случае, если здоровье пользователя отклонится от стандарта, записанного при первой синхронизации, более чем на пять процентов, произойдёт автоматическое отключение.
— Очень интересно, — прикрыв глаза, констатировала Селестия. — И в чём проблема?
— Не проблема, а предложение, — мысленной командой передаю собеседнице пакет данных, собранных в процессе разработки устройства. — Теоретически мы сможем использовать виртуальную реальность для обучения через игры: за счёт воспоминаний пони о правильном совершении тех или иных действий игроки смогут осваивать навыки, в цифровом значении видя, насколько правильно относительно оригинала их исполняют. Разумеется, полученные навыки из виртуальной реальности придётся переносить в реальную жизнь путём практики, но это будет гораздо легче, нежели осваивать их с нуля.
— И таким образом мы освободим учителей самых разных дисциплин, — согласилась белая аликорница. — Но ведь это не всё?
— Именно, — отправляю следующий пакет информации. — Благодаря целительным амулетам, сканирующим состояние организма, пони смогут отслеживать свой прогресс и в реальной жизни. Если же присовокупить к этому проект наномашин, курируемый Твайлайт Спаркл, то мы сможем увеличить эффективность освоения новой информации до двухсот процентов от изначально запланированных показателей.
— Что же, ты меня убедил, — взгляд собеседницы стал жёстким. — И в чём подвох?
— Данная технология может позволить записывать информацию прямо в разум пони, как и переписывать отдельные воспоминания, накладывая на них более «правильные», — отвечаю совершенно спокойно, а затем поясняю: — Пусть мы и сейчас занимаемся чем-то подобным в отношении аликорнов, для чего используем несколько различных устройств, но в случае диверсии, которая может произойти после массового внедрения технологии, мы рискуем получить врагов на ровном месте. Дабы этого не произошло, степень контроля должна быть крайне высокой…
— Понимаю, — Селестия внешне расслабилась и даже улыбнулась. — Идея со шлемами интересная, так что я предложу её на следующем общем совещании. Однако же будет лучше, если мы ограничимся самым минимумом функций в моделях для гражданского населения.