— Я и без того впечатлён, — широко усмехнулся гость. — Правда, должен заметить, что современная мода в одежде мне не нравится: под этими железками так трудно понять, с жеребцом или кобылой общаешься…
В этот момент Астрал совершила движение крыльями, будто бы стряхивая капли воды, и с кончиков маховых перьев сорвались дуги почти белых молний… которые были небрежно пойманы на правую ладонь вторженца, скручены в шаровую молнию и брошены обратно. Всё это драконикус провернул с улыбкой на губах и беспечностью в позе, демонстрируя своё полное превосходство. А вот пегаске, вся электроника брони коей отключилась из-за прошедшихся по ней разрядов, пришлось делать над собой усилия только для того, чтобы позорно не свалиться на пол.
— Как же приятно осознавать, что молодые поколения не забрасывают своё саморазвитие… пусть их на это и подталкивают разные подозрительные личности, — вновь откинувшись на спинку кресла, Дискорд выдвинул ящик стола и достал из него красную полупрозрачную пирамидку, которую продемонстрировал неподвижной кобыле, удерживая на ладони грифоньей лапы. — Мы тут пообщались до твоего прибытия, и… немного не сошлись во мнении о том, какой хотим видеть Эквестрию. Слово за слово… В общем — твой учитель отправился туда, где ему самое место.
Пальцы драконикуса сжались, без усилий кроша прочнейший кристалл. Впрочем, Астрал уже чувствовала, что в артефакте нет души, так что демонстрация грубой физической силы попросту меркла перед осознанием, какой магической силой обладает гость. Вместе с этим пришло и понимание, что она полностью находится в его власти, а на помощь хоть от кого-то рассчитывать не стоит.
— Я вижу, ты в затруднительном положении? — сдув с ладони пыль, драконикус щёлкнул пальцами львиной лапы, заставляя в воздухе появиться консервный нож. — Позволь, я тебе немного помогу.
Не дожидаясь ответа, инструмент сам собой начал летать вокруг пегаски, при этом, словно бумагу, разрезая прочнейший металл. В то же время саму пони даже не ранило, что не могло не радовать и не вселять надежду на спасение (а если ей удастся добраться до оружия из звёздных сплавов…).
— Так-то лучше, — хлопнул в ладони и сложил передние лапы на груди тот, кого в жеребячьих сказках называли Духом Хаоса, и чью статую все желающие могли наблюдать в дворцовом парке Кантерлота. — Не стесняйся: чувствуй себя как дома. Какао, горячий шоколад… что-нибудь покрепче?
«Я бы не отказалась от рюмки спирта», — мысленно призналась летунья, а в следующий миг перед её мордочкой появилась стеклянная тара грамм на пятьдесят.
— Ни в чём себе не отказывай, — ухмыльнулся драконикус, весело сверкая сияющими золотом глазами. — Можешь считать, что сегодня я — бармен, который готов выслушать твою исповедь. Только постарайся не быть слишком скучной… Договорились?
«Гнилое сено! Он и мысли читает? Я же защищалась… А-а-а!» — мысленно махнув крылом, Астрал схватила рюмку правым передним копытцем и опрокинула её содержимое в горло (травить её собеседнику смысла не было, а нервы требовали хоть какой-то разрядки), после чего уже почти без удивления обнаружила летающий перед мордочкой солёный огурец, коим с аппетитом захрустела.
— Ты отнеслась ко всему спокойнее, нежели я ожидал, — хохотнул Дух Хаоса, ещё одним щелчком пальцев создавая кресло для собеседницы (при этом проигнорировав наличие пустого стула для посетителей).
— После падения Эквестрии, образования и развала Анклава, призраков, мутантов, злых роботов и живых мертвецов… вряд ли меня что-то может шокировать слишком уж сильно, — в тон Дискорду заявила сиреневая летунья.
— Не зарекайся, а то ведь я могу и проверить, — подмигнул драконикус, от чего по спине пегаски побежали табуны мурашек, а крылья сами собой прижались к бокам. — Что же до твоих слов — я их запомню. В следующий раз, когда мне нужно будет предстать перед публикой, я устрою нечто подобное.
— Не надо, — вскинув передние копытца, поспешно возразила Астрал. — Пони и без этого стали достаточно устойчивыми.
«Нужно следить за тем, что я говорю, а то он ведь может обычную шутку за инструкцию к действию принять», — сказки говорили, что нынешний гость в далёком прошлом был довольно… эксцентричным, если не сказать хуже, из-за чего в его обществе никогда нельзя было чувствовать себя в безопасности.
— Как скажешь, — не стал спорить драконикус, вновь беря с воздуха кружку и отпивая глоток. — Я здесь вот по какому вопросу: вы что за хрень с миром сотворили, дебилы недоразвитые?!
Из-за громкости голоса Духа Хаоса задрожало бронированное стекло панорамного окна, лопнули лампочки, осыпавшиеся мелкими осколками и треснула кружка в грифоньей лапе. Ощутившая направленную на неё жажду убийства пони, в один миг забывшая даже, как дышать, ощутила себя придавленной к креслу невидимой силой…
— Да у меня уши вянут от эха миллионов смертей, которое до сих пор ходит по Эквусу и не спешит стихать даже после применения Элементов Гармонии… а вы, безмозглые животные, продолжаете готовиться к новой войне! — глубоко вздохнув, стремительно успокаиваясь, нависший было над столом Дискорд откинулся на спинку кресла и с чавканьем сунул в растянувшийся рот чудом не рассыпавшуюся кружку, тут же начав её жевать, чтобы затем выдуть фарфоровый шар, словно бы из жевательной резинки. — Понимаю, что это не ты сделала, но… Какими нужно быть идиотами, чтобы, не успев восстановиться после почти свершившейся гибели цивилизации в расовой войне, начинать ещё и гражданскую? И это меня ещё называли Герцогом Раздора?!
Швырнув фарфоровый шар в стену, драконикус проследил за его полётом и тем, как он разбился на осколки, присоединяясь к стеклу от ламп на полу. Затем его внимание вернулось к летунье, едва успевшей перевести дух и прийти в себя.
— Что вы хотите… от нас? — спросила Астрал, стараясь даже не думать о чём-то плохом.
— Ничего особенного: продолжайте наращивать мощь, восстанавливать технологии… ну и плодитесь, — пожал плечами Дух Хаоса, усмехнувшись на недоумённый взгляд собеседницы. — Да-да, ты не ослышалась, маленькая пони: я хочу, чтобы вы плодились и размножались… как кролики. Хотя у кроликов это всё равно получится лучше. Хм… Заменить пони на разумных кроликов?