«Эта заколдованная кукла будет мне до конца жизни вспоминаться. Её вроде бы Макинтош забрал?» — сердце почему-то болезненно ёкнуло, из-за чего край разглаженного одеяла смялся.
— Мисс Спаркл? — позвал её механический голос из-под потолка.
«Ну что ещё?» — вспыхнула в голове раздражённая мысль, но пони сумела подавить импульс, требующий сказать что-нибудь грубое.
— Да, Крусейдер? — осторожно поправив одеяло, сиреневая единорожка посмотрела в угол с видеокамерой.
— Не ошибаются лишь те, кто ничего не делает, но даже бездействие может оказаться ошибкой, — проникновенным тоном заявил ИИ, заставив Твайлайт одновременно ощутить стыд и раздражение. — Лучшее, что мы можем сделать для себя и других — попытаться исправить ошибки прошлого и больше никогда их не повторять.
— Ты сам это придумал? — вскинула брови волшебница. — Звучит… неплохо.
— Цитата из интервью принцессы Селестии для газеты «Эквестрийская правда», — отозвался «Крестоносец». — Специальный выпуск, посвящённый возвращению принцессы Луны и повторному изгнанию Найтмер Мун. Тираж — один миллион экземпляров. Желаете ознакомиться с полной версией статьи?
— … — Спаркл стушевалась, так как даже и не слышала о подобном (впрочем, она не сильно интересовалась подобными газетами, предпочитая получать информацию из книг или первых уст). — Да.
Музыка притихла, оставшись где-то на фоне, стала более медленной и будто бы вдумчивой, настраивая на нужный лад, а затем из динамиков полился голос… только вот принадлежал он не Крусейдеру, а принцессе Селестии. Твайлайт хотела уже возмутиться, что робот смеет пародировать её наставницу, но открыв рот для пламенной тирады, так и не произнесла ни единого слова. А слова, цитируемые со статьи газеты, били в самую душу, словно удары тарана разнося броню самоконтроля…
— …Кто не совершал в своей жизни ошибок? Я таких пони не знаю…
— …О многом мне остаётся сожалеть, но есть одна вещь, которой я горжусь в себе по праву: сколько бы ударов не наносила жизнь, каждый раз я вставала и шла дальше…
— …Да, я горжусь моей ученицей. У Твайлайт Спаркл большое и доброе сердце, живой ум, открытое для всего нового сознание… Если честно, то я даже завидую ей, пусть и совсем чуть-чуть. Если бы она была на моём месте тысячу лет назад, то наверняка нашла бы лучший способ справиться с неприятностями…
«Это неправда, принцесса: я бы не смогла справиться лучше вас. Я… Я не справилась… отвернулась… закрылась в своих лабораториях… Но… Но я больше вас не подведу. Я сделаю всё, чтобы исправить ошибки прошлого, и буду изо всех сил стараться, чтобы больше никогда их не совершать. Я стану той ученицей, которой вы гордились: обещаю», — сморгнув слезу, кобылка низко опустила голову, отдавая дань своей наставнице.
В наступившей тишине, которую не нарушала даже вездесущая фоновая музыка, прозвучал отдающий металлом голос «Крестоносца»:
— Прошу прощения, мисс Спаркл, я не имел своей целью расстроить вас.
— Нет… Не извиняйся, — подняв голову, блестящими от влаги глазами Твайлайт посмотрела в объектив камеры и искренне улыбнулась. — Спасибо, что помог мне вспомнить… понять… осознать, кем я являюсь и кем хочу быть. Был бы ты пони, Крусейдер, я бы тебя обняла.
— Если пожелаете, я могу подвести к вашим комнатам медицинского дрона, — после непродолжительной паузы заметил ИИ.
— Откажусь, — покачала головой сиреневая единорожка. — Спасибо.
— Быть полезным представителям понижизни — смысл моего существования, мисс Спаркл, — прозвучал ответ, после чего снова заиграла музыка, но на этот раз более весёлая и в то же время — лёгкая.
«Не был бы ты таким железным — цены бы тебе не было», — с лёгкой печалью подумала ученица принцессы Селестии, вновь направляясь в ванную, чтобы привести себя в порядок (нельзя показываться на пони заплаканной).
Ополоснув мордочку, сиреневая единорожка посмотрела на своё отражение и чуть нахмурилась, так как в памяти всплыл один спорный проект, так и не доведённый до ума из-за конца света. Мозг, выходя на свою обычную рабочую мощность тут же начал просчитывать варианты того, удастся ли воспроизвести технологии «Принца» в текущих условиях, или же им понадобится вскрыть несколько лабораторий, мастерских, складов…
Погрузившись в новую интересную задачку, Твайлайт вышла из своих комнат в коридор, где едва не натолкнулась на маленькую белую пони, неуверенно переминающуюся с ноги на ногу. Вынырнув из своих мыслей, Спаркл улыбнулась и спросила:
— Привет, малышка. Ты чего-то хотела?
Младшая единорожка зажмурилась, прижала к голове ушки, набрала в грудь побольше воздуха, и выпалила на выдохе:
— ЗдравствуйтеяСноуфайрвозьмитеменявученицы.
— А… — старшая пони посмотрела на маленькую кобылку с недоумением, на миг представив на её месте кого-то совершенно другого, но тут же отогнала от себя видение и задумалась о том, что возможно (с небольшой долей вероятности), это знак. — Х-хорошо.
— Правда? — Сноуфайр приоткрыла один глаз, посмотрела на Спаркл, а затем подпрыгнула с радостным возгласом: — Ей!
— Но сперва мы с тобой поговорим с твоими родителями, — немного охладила пыл малышки сиреневая единорожка, оставляя себе путь к отступлению.
— Давайте я вас провожу, учитель? — вместо того чтобы расстроиться, ещё сильнее оживилась младшая пони.
«И на что я подписалась?» — последовав за буквально подпрыгивающей от нетерпения кобылкой, отстранённо подумала ученица принцессы Селестии.
…
Наблюдая за Твайлайт Спаркл и Сноуфайр через объективы камер, я испытываю ощущение удовлетворения от хорошо проделанной работы. Пусть состояние этой представительницы понижизни и было стабильным, но исходя из выводов, которые сделала Целитель, в любой момент под давлением извне она могла скатиться в депрессию, а то и заработать неприятную деформацию личности. Чтобы избежать подобного развития событий, пришлось даже форсировать появление привязки в виде ученицы, которая станет одновременно и ещё одним якорем для психики, и связью министерской кобылы именно со стойлом двадцать девять.