Что-то изменилось… член человека уже не скользил вдоль ее обжигающих стенок, а стремился в самое нутро. Короткими резкими толчками он пропихивал жилистый тупой кол, стремясь войти плотно и глубоко. Едва наслаждение достигло пика, влагалище Анабель сомкнулось словно капкан. Она сжала его с такой силой, что человек вскрикнул. Мышцы ее вздулись, тело окаменело. По коже прошлась мелкая дрожь, чешуйки на позвоночнике встали дыбом. Амир схватился за ее хвост и прижал к груди, чтобы удержаться. И вовремя… Несколько мощных рывков один за другим содрогнули ее тело. Когти со скрежетом рвали подстилку и вонзались в грубые доски под ней. Дева ловила воздух ртом, и пыталась вдохнуть, искренне не понимая, что происходит. Порывы ее казались столь мощны, что Амир засомневался, равны ли они в силе. Он, несомненно, достиг желаемого. Но она сделала его день. Такого мощного, нечеловеческого оргазма он еще не встречал. Чресла ее сжались столь сильно, что кайф он поймал лишь наполовину. Просто не смог этого сделать. Сперма хлынула в ее лоно, лишь когда хватка ослабла.
Хвост Анабель снова обмяк. Едва отдышавшись, она спросила:
- Ты излил в меня свое семя? – отдышавшись спросила она.
- По большей части. Сильная же у тебя хватка...
Она привстала, оттолкнула человека рукой и медленно избавилась от его члена.
- Что это было? – не оборачиваясь спросила она.
- Я просто кончил, – пожал плечами Амир.
- Что было со мной, придурок!? – Она обернулась и затуманенным взором взглянула на него.
- Да ладно… - Амир расплылся в довольной улыбке. – Никак со мной, да первый раз?!
Анабель глубоко вздохнула. Она сползла с постели и уселась на колени. Собрав мысли в кучу дочь гордых драконов попыталась встать. Голова шла кругом, колени болели, а по бедру сочилась мутноватая жижа.
- Как низко я пала… - проговорила она в пустоту.
Набрав ковш воды, дева подогрела его над огнем и ушла в умывальню. Амир краем глаза поглядывал на то, как она брезгливо вымывает из себя его семя.
- Зря стараешься, - громко сказал Амир.
- Это еще почему? – она снова почуяла подвох.
- Я же ясно сказал, что возьму тебя дважды….
Дни тянулись один за другим. Чтобы сберечь дрова, очаг топили раз в два дня, а дымоход потом затыкали ветошью. Пар изо рта не шел, но ходить голышом было прохладно. Хотя, Анабель легко переносила эти лишения, потому как нормальная температура ее тела была заметно выше, чем у человека. Когда было совсем холодно, грелись под одеялом. Амир, не шутил, говоря, что будет совокупляться с ней каждый день. Утром, вечером, а порой и посреди дня его член неизменно гостил в ее чреве. План мести он примерно продумал, а детали оставил на потом. Так что делать особо было нечего. Надо сказать, что чресла могучей девы теперь охотно раскрывались ему на встречу, хоть и казалась она холодна. Да и прелестью ее первозданного естества он уже наслаждался во всех возможных позах. К исходу второй недели совместного жития, дева уже делала успехи, она стала достигать наслаждения чаще и заметно быстрее. Оно протекало не всегда бурно, но всегда продолжительно. Из чистого любопытства Амир пару раз доводил деву до полного исступления, но после к ней нельзя было и притронуться. Плотная кожа обретала такую чувствительность, что любое касание приводило ее в дрожь. Да и мебель следовало поберечь… Иногда, в пылу страсти, его инструмент находил другую дорогу, и сдержанный девичий стон превращался в колоритное вокальное выступление. Если бы не глухие стены пещеры, то эхо в горах могло выдать их положение. Впрочем, возражения были вялыми и не убедительными, ибо чувствительность розовая ложбинка под ее хвостом обретала восхитительную. Любое, даже ненарочное движение отзывалось дрожью в могучем теле драконида и приступами внезапного блаженства. Когда же Амир входил целиком, и широкое основание его члена плотно вторгалось в ее анус, Анабель приходилось хватать за руки, дабы удержать деву на месте. Чем сильнее она содрогалась, тем сильнее была следующая волна наслаждения. Сердце девы стучало так часто и так сильно, что Амир не решался затягивать процесс, переживая за ее здоровье. Однако ее сильный хвост часто действовал вопреки словам Анабель. Он прижимался к спине Амира не позволяя извлечь плоть, пока она не остынет. В таких случаях он просто ложился на ее теплый, плотный живот и отдыхал.
Несколько раз на большой скальный выступ, где пряталась пещера, забредал горный козел. Мяса хватало на целую неделю. Но приходилось спускаться и вниз. Хоть солдаты и встали на постой в деревне, монахи все же носили подаяния на алтарь. Гвардейцы короля подниматься наверх не решались. В один из таких дней Амир заметил в мешке записку. Он прочел ее тайком от Анабель и настроение его ухудшилось.