Использование чертежных досок (похоже, впервые введенное И. В. Чернышом) оказалось гениальным изобретением сразу с нескольких позиций. Кроме уже описанного использования в качестве импровизированной мензулы, доска отчасти заменяет прицельную антенну для компаса. У доски есть бортик, к которому край компаса можно прижать, и прицелом становится вся боковая планка доски. При ее длине 34 сантиметра это уже обеспечивает вполне приемлемую точность. Более того, у доски внутри есть пространство для карандашей, в котором они не ломаются, в отличие от кармана или сепульки. Туда же можно положить транспортир, точилку, запас миллиметровки, запасные колоды пикетов и кучу других нужных предметов. И все это останется чистым и целым. Наконец, имея доску, миллиметровку, ластик, угольник и транспортир, можно на ежечасном перекуре отстроить вторую версию карты пройденного. Это лучше, чем заниматься тем же вечером на лагере — если возникли сомнения, можно вернуться и повторить замер. Заодно и возвращаться по готовой карте гораздо сподручнее, чем по стрелочкам на пикетах.
Перекуры при топосъемке используются и для второй «побочной» цели. Понятно, что пикеты желательно будет потом убрать, чтобы не засорять пещеру, хотя если и не убирать — они сами сгниют. Съемку же нужно будет продолжать, причем не обязательно с периметра. Новое продолжение может пойти с любой точки. Поэтому на ключевых перекрестках устанавливаются постоянные топографические маркеры — алюминиевые или плексигласовые бирки с номером, прибитые дюбелем к стене или потолку. Для лучшей видимости под бирку иногда подкладывается лист фольги. Совершенно естественно, что спелеологи останавливаются для отрисовки очередного участка либо в зале, либо на крупном перекрестке (чтобы освежить понимание окрестности, да и поудобнее разложить все необходимые принадлежности). В это время свободный напарник и устанавливает бирку, дублируя ею один из пикетов. К настоящему моменту в системе установлено около трехсот бирок.
Правда с бирками мы слегка промахнулись. В некоторых участках пещеры скорость образования серной кислоты на стенах оказалась достаточной, чтобы кислота добралась до алюминиевых бирок и съела их полностью. Нужно было, конечно, использовать только плексигласовый или полиэтиленовый варианты — это чуть ли не единственные материалы, не подверженные разрушающему воздействию воздуха пещеры.
Если топосъемка идет в сырах, тройка бывает практичнее двойки, хотя и неуклюжее. Объем разведки тут больше, а еще приходится махать кувалдой или лопатой, которые опять же и тащить кому-то надо. Выбор разведчика-копателя даже более важен, чем съемщиков. Умение вовремя вернуться, не задержав остальных и не потерявшись самому — редкое умение.
Второе главное отличие от общепринятых для других пещер методов топосъемки заключается в работе с высотами (глубинами). Замеры вертикальных углов, проводимые компасом, при имеющейся точности и пляске нитки хода вверх-вниз на каждом пикете, позволяют использовать их только для коррекции длин — для высот накапливаются чудовищные ошибки. Замеры, как это принято в вертикальных пещерах, по навескам, тем более невозможны за отсутствием навесок. А мощные глыбовые и глинистые отложения на полу, осложненные вторично смоделированным рельефом, все равно делают абсолютно бессмысленным расчет высотной отметки каждого пикета. Для понимания пещеры вполне достаточно иметь высотные промеры по десятку ключевых галерей, причем, учитывая возможную пристыковку к соседним пещерам, точность должна быть высока. Из всего этого списка соображений оказался ровно один логичный вывод — съемку высот не следует совмещать с картированием, а следует проводить отдельными группами, на отдельных выходах, возможно, привязывая ее к отдельной системе пикетов (естественно, с опорой на уже установленные бирки), и при этом использовать более точный прибор — например, гидронивелир.