— Да, нашёл. Фин, Атрейо и Анакин, но… Они все мертвы.
— Дьявол! — Выругался он. — Давай не будем отвлекаться и найдём остальных!
Я кивнул.
Мы принялись копошится здесь. Вскоре нашлись Зак с Дарином. Первый был в не самом лучшем состоянии, одна рука была пробита, глубокая, но не смертельная рана на животе. Даже так, он был в сознании. Второй, с точностью да наоборот. Ему меньше досталось, но в отключке. Я и Ирам, аккуратно перенесли Зака через крупную щель между камнями, именно туда меня унесло после падения, вниз по склону, пока меня не остановил валун. Если бы не он, я бы покатился дальше и переломался там же. В общем, всех уцелевших, мы стали переносить туда, а таких, оказалось много. Аквила, Ривер, Арья и Флер, они тоже выжили. Меня сильно удивило, нет, даже поразило то, что Флер оказалась в сознании и умудрилась уцелеть лучше всех остальных. Просто не могла выбраться из-под тяжёлых тушек насекомых. Это… Я не знаю, какой надо обладать удачей, но она приземлилась на мягкое брюхо жука, а потом её завалило. В общем, отделалась небольшим количеством незначительных ушибов и лёгким испу… Ладно, вру, животным ужасом. Лежать среди этих тварей, для неё, должно быть, было очень и очень неприятно. Мы с Ирамом продолжали возиться в яме, большинство уже найдены, остаётся самая малость.
— А-а… С*ка! Кто-нибудь! — Раздался крик из кучки тел жуков, до которых, мы пока не добрались. — Э-э-э-й! Я здесь!
Мы с Ирамом долго не мешкали и метнулись к крикливому Лорсу. Раскопали его. Вот же хрень! Не повезло ему. Левая нога в мясо, придавило немаленьким булыжником, а сам он, безнадёжно пытался сдвинуть злополучный камень, при этом, матерясь по-чёрному. Удивит — не удивит, но местная брань — сродни нашей, вообще никаких отличий, или другого значения. Совпадение вселенского масштаба, или, когда-то, здесь побывал наш человек, обучивший местных? Двадцать к восьмидесяти процентов, ставка на второе.
Проделали с ним, в общем-то, то же самое, что и с остальными. Аккуратно перенесли его из низины, через лаз, подобный пещерному проходу и уложили рядом с остальными уцелевшими.
Продолжаем…
Опять — двадцать пять. Ещё одним парням "повезло". От страшных переломов, несовместимых с жизнью, погибли ещё и Рон с Виком. Всего пятеро — потдвержёных погибших.
Так… Этих нашли, этих уже можно не считать, но кого-то, я явно упускаю. Голова толком не соображает ещё. А так, в целом, идёт седьмая — восьмая минута, после того, как я пришёл в себя.
Я шёл вперёд, присматриваясь к кучи — другой, трупов насекомых. Как внезапно… До меня донеслось тяжёлое кряхтение. Такое, словно, кто-то пытался дышать, но ему это давалось с большим трудом. Определённо кто-то из наших, и он сейчас задыхался.
Сработало ли это критическое мышление, о котором, можно сочинить, целую уйму всевозможных сказок, рассказать десятки правдоподобных историй, ситуаций… Не знаю, но я моментально вспомнил ещё одного члена нашей, сильно поредевшей команды. Ещё одну, вернее. Как я мог забыть о ней?
Вот же дрянь… Элли!
Дело шло на секунды. Я бросился к очередной куче тел, стал небрежно разгребать её. Каждый попавшийся мне в руки, труп жука, тут же улетал в сторону, ударяясь о камень под ногами, или об стену. Я не смотрел, куда их швыряю, знаю только, что сил не жалею. Второй, третий, четвёртый… Все улетают, ни смотря на тяжесть их тушек. Заметил окровавленную руку, торчащую, ещё из-под парочки мёртвых насекомых. Она, дёргаясь, тянулась ровно вверх.
— Потерпи немного… — Проговаривал я себе под нос. Откинул очередное тельце. — Сейчас, я скоро.
Элли буквально закопало, но, наконец-то, я добрался до неё самой.
Пара обрубленных кусков, некогда бывшие древком копья, торчали из живота и ноги. Остриё же, пробило правое лёгкое, неудивительно, что она задыхается. Её пустой взгляд, вслед за рукой, был устремлён в небо.
Бездна!
— Ирам! Иди сюда, я нашёл Элли! — Крикнул я.
★★★
Что… Что происходит? Я ничего не вижу, где я? Как же больно, мне не пошевелиться.
— Ирам! (Ирам…) Я нашёл Элли! (нашёл Элли…)
Этот голос, он кажется мне знакомым. Вильям? Точно, это он. Почему он кричит? Всё вокруг, такое странное…
Ай! А вот сейчас, было очень неприятно! Всё тело так сильно болит, а я, этого и увидеть не могу.
Попыталась выдавить из себя слово, но не вышло, по-моему, я смогла только что-то невнятно промычать, а дальше, мне стало очень тяжело дышать и я закашляла.
— Вон! (вон…) Гудвин не соврал, (не соврал), там что-то есть! (что-то есть, есть…)
Ещё один знакомый голос, Ирам? О чём они говорят? Я не понимаю… Меня что, куда-то несут?
— Да это же… (это же…)
— Ты знаешь, что это? (это, это…)
— Да, несём её туда! (несём её туда, туда…)
Что "это"? Что они там увидели?!
Я сильно напряглась, чтобы увидеть хоть что-нибудь, но не вышло. Я смогла разобрать лишь размытый потолок пещеры, и странное золотистое сияние. Нечего не соображаю…
— Погружаем её! (погружаем её…)
— Уверен? (уверен…) Ты знаешь, что это за шар? (знаешь, что за шар…) Никогда такого не видел. (никогда, не видел…)
— Просто делай, как я говорю! (делай, как я говорю…)
Ой! Мои ноги коснулись чего-то жидкого и холодного. Или нет? Я ошиблась? Холод ушёл и сейчас я чувствую приятное тепло. Кажется, боль по телу пропадает и дышать становится всё легче и легче.
★★★
— Поразительно! — Ирам с интересом наблюдал за происходящим.
Он внимательно следил, как золотой шар, сфера, оно же — ядро габаритного растения, восстанавливало повреждения тела Элли.
Златолист представлял из себя очень здоровую, полупрозрачную сферу с четырьмя широкими листами, от них и из-под земли, тянулись лианы одноимённого побега, добавляя к существующему золотому свету, ещё и привычное зелёное свечение.
Я ни разу не видел целое растение вживую, но из-за обстоятельств, мне вообще не составило труда опознать его по карикатурам, наброскам, сохранившимся в кулоне, взятых из книжки, довольно большое количество дней назад. Больше интересовали его чудодейственные целительные свойства, которые я вычитал из своего же артефакта. Любой ущерб телу восстановит, ни смотря даже на уровень не приглашённого гостя. Тут уже идёт другой сценарий. Останется ли Златолист, после того, как восстановит субъект? А вот это, как раз и зависит от уровня самого субъекта. У Элли он низкий, она даже не имеет ранга, так что, Златолисту, от этого, не будет ни холодно, ни жарко. Довольно специфическое растение. Неизвестно, по какой причине, он восстанавливает инородные тела внутри себя, за счёт своих маглементов, что скапливает годами, поглощая их, как и большинство, из атмосферы. Почему не переваривает, не высасывает? Трудно сказать. Ещё растений с сознанием я не встречал, да и вряд ли, Златолист имеет подобие сознания. Может, из-за таких уникальных свойств, он старается прорастать, чёрт знает где? Или, за счёт времени, он, из "распространённого" растения, превратился в "крайне редкое"? Не знаю.
Шла десятая минута, после того, как мы извлекли обрубки копья из Элли, а после, погрузили в сферу. Её тело плавало в странной жидкости, внутри ядра Златолиста, каким-то образом, удерживаясь в центре. Словно эмбрион в чреве матери, находящимся, в неком стазисе. Ни смотря на то, что голова Элли, находилась вне сферы, а повреждённые органы, раны, даже шрамы, подверглись регенерации, она спала. Может, Златолист, выделяет некий фермент, усыпляя пациента, как подобие анестезии? Или, существо внутри ядра, для него — жертва? Не понятно. Я не могу и представить, почему он действует себе во вред. Между тем, сея действо, завораживало. Последняя глубокая рана на груди, стала быстро обрастать мышцами, волокнами, а напоследок, и кожей.
— Достаём её. — Глухо сказал я, но Ирам и так всё хорошо слышал.
Мои руки вошли в сферу, я почувствовал тепло и некую влагу. Такую непонятную, словно слизь. На ощупь влажная, но отстранись, и рука — вновь сухая. Забавно, мозоли и мелкие царапины, в области кисти, почти моментально исчезли, словно и не было там нечего. Я подхватил Элли за плечи, попутно вытягивая её на себя, из растения. Ирам, вскоре, подхватил её за ноги. Сразу в сознание она не пришла, так что, мы решили перенести её в сторону, недалеко. Уложить её было некуда, так как времени обустроить лежанки, у нас, ранее, тоже не нашлось. Потому, я, послужил своеобразной, не самой удобной подушкой, положив её себе на колени.