Молодые воины думали об этом всё утро, бродя по берегам Большой реки или отдыхая под защитой базальтовых утёсов.
В полдень Ун и Зур заснули крепким сном в своей пещере, затем долго сидели, погружённые в смутные грёзы, на площадке перед входом. Раскалённые солнцем скалы медленно остывали по мере того, как тени их удлинялись. Свежий ветерок прилетел с реки и овеял прохладой обнажённые тела людей. Ун и Зур думали о родном становище, затерявшемся далеко в горах; вспоминали случаи на охоте, переселение уламров на юго-восток, горную цепь, вставшую на их пути, подземную реку, вдоль которой они пробирались при свете факелов, и яркие картины жизни в новой стране, где сейчас находились.
Но чаще всего они думали об исполинском хищнике, обитающем по ту сторону скалистой гряды, и с нетерпением ждали наступления вечера.
Когда солнце склонилось к западу, Ун и Зур спустились по подземному коридору. Хищник уже проснулся и снова принялся за еду.
– Идём к нему! – сказал Ун.
Сын Земли уступил желанию друга. Его решение зрело медленно, но, когда оно было принято, человек-без-плеч рисковал своей жизнью так же бесстрашно, как уламр.
Они вышли на площадку перед входом и спустились к подножию скалистой гряды. Олени и антилопы, утолив жажду у водопоя, искали убежища на ночь. Пронзительно кричали птицы, перелетая с ветки на ветку или прячась в густой листве. Большой гиббон пробежал между деревьями и быстро вскарабкался на высокую пальму.
Ун и Зур обогнули скалистую гряду и очутились перед входом в львиное логовище.
Ун сказал:
– Я пойду первым.
Это вошло у него в привычку. Всегда в случае опасности широкая грудь уламра заслоняла Зура и защищала его от гибели. Но на этот раз сын Земли воспротивился:
– Пещерный лев знает меня больше. Будет лучше, если я окажусь между ним и Уном…
В отношениях между друзьями не было ложной гордости или самолюбия. Каждый ценил в другом те качества, которых не хватало ему самому, и умел пользоваться этими качествами в случае необходимости. Ун признал, что Зур прав, и уступил.
– Иди! – сказал он.
Они посмотрели друг другу в глаза. Ун держал палицу в левой руке и самое крепкое своё копьё в правой. В эту решающую минуту уламр отчётливее, чем его товарищ, чувствовал, какая смертельная опасность грозит им обоим…
Тихими шагами приблизился Зур к чернеющему в базальтовой скале отверстию. Мгновение его фигура чётко выделялась на тёмном фоне входа, затем густая тень поглотила её. Сын Земли снова стоял лицом к лицу с царственным зверем.
Пещерный лев бросил свою добычу. Глаза его, вспыхнувшие зелёным огнём, впились в узкую фигуру человека-без-плеч.
Зур сказал вполголоса:
– Люди пришли возобновить союз с пещерным львом. Близится период дождей, когда дичь попадается редко и её трудно добывать. Тогда пещерный лев соединит свою силу с умом и хитростью Уна и Зура.
Гигантский хищник полузакрыл и снова открыл глаза. Затем поднялся во весь рост и, медленно ступая, подошёл к человеку. Голова его коснулась плеча Зура, и Зур положил свою руку на жёсткую гриву.
Самые свирепые звери испытывают чувство доверия и симпатии к тому, кто дотронется до них. В душе сына Земли нет больше страха. Несколько раз он повторяет свой жест и медленно гладит густую гриву зверя. Пещерный лев стоит неподвижно, дыхание его спокойно.
И всё же Зур не спешит позвать Уна. Но вдруг высокая фигура появляется у входа в пещеру. Это Ун. Он по-прежнему держит в руках палицу и копьё. Гигантский хищник резким движением повернул к уламру свою огромную голову, в полуоткрытой пасти сверкнули мощные клыки… Кожа на лбу зверя собралась в крупные складки, мускулы напряглись, зелёные огни снова загорелись в его зрачках…
– Ун тоже заключил союз с пещерным львом! – поспешно сказал человек-без-плеч. – Ун и Зур живут вместе в пещере, наверху.
Лев рванулся вперёд… Уламр крепко сжал в руке палицу. Но Зур одним прыжком очутился между ними, прикрывая друга своим телом, и могучий хищник остался на месте.
Ун и Зур снова приходили в последующие дни. Лев уже привык к ним и даже проявлял признаки удовольствия при их появлении. Одиночество тяготило огромного зверя; он был молод и со дня своего рождения до прошлой осени жил среди себе подобных. Там, в низовьях Большой реки, на берегу глубокого озера было его логовище, где он поселился со своей самкой. Их детёныши уже начинали охотиться. Но однажды ночью, во время грозы, озеро вышло из берегов. Бурлящие воды затопили прибрежные заросли и чащи. Ураган вырывал с корнем высокие пальмы. Клокочущий поток унёс самку и её потомство, а самец, увлекаемый водоворотом вместе с поваленными деревьями, был выброшен на пустынный берег вдали от родных мест…