Уламры злорадно засмеялись, показывая на копьё. Охотник, заговоривший первым, продолжал:
– Это Куам! Ун только прикончил зверя.
Сын Быка поднял палицу. Гнев бушевал в его груди. Он крикнул презрительно:
– Что такое леопард? Ун победил красного зверя, тигра и людей-дхолей! Один только Нао так же силён, как Ун!
Куам не отступил. Он знал, что все охотники на его стороне.
– Куам не боится ни льва, ни тигра!
Горькая печаль охватила Уна. Он почувствовал себя чужим среди этих людей одного с ним племени. Схватив убитого леопарда, Ун кинул его на землю к ногам охотников:
– Вот! Сын Быка не поднимает руку на уламров! Он дарит им леопарда!
Охотники не смеялись больше. Они со страхом смотрели на могучую фигуру и огромную палицу сына Быка. Они признавали его силу, равную силе больших хищников. Но они ненавидели Уна за эту силу и отвергали его великодушие…
Ун вернулся в становище с душой, полной горечи и отвращения. Подойдя к порфировому утёсу, он увидел Джейю. Она сидела скорчившись у большого камня.
При виде Уна Джейя поднялась на ноги с жалобным возгласом: струйка крови текла по её щеке.
– Джейя поранила себе лицо? – спросил сын Быка, положив руку на плечо подруги.
– Женщины бросали камни, – ответила она тихим голосом.
– Они бросали камни в Джейю?
Молодая женщина кивнула. Дрожь охватила Уна. Он увидел, что лагерь пуст, и спросил:
– Где же они?
– Я не знаю.
Ун опустил голову, мрачный и подавленный. Горе, наполнявшее его душу, стало нестерпимым. Он понял, что не хочет больше жить вместе с уламрами.
– Хотела бы Джейя вернуться к волчицам вместе с Уном и Зуром? – спросил он тихо.
Она подняла на него большие глаза, в которых сквозь слёзы засветилась радость. Застенчивая и кроткая по натуре, Джейя страдала, живя среди чужих. Она молча терпела вражду и презрение женщин, удручённая тем, что едва понимает язык уламров. Она не смела жаловаться мужу, и, наверное, и на этот раз не сказала бы ни слова, если бы Ун не спросил её. Ещё не веря своему счастью, молодая женщина воскликнула:
– Джейя пойдёт туда, куда пойдёт Ун!
– Но она хотела бы жить со своим племенем?
– Да, – прошептала она.
– Тогда мы вернёмся на берега Большой реки!
Вздох облегчения вырвался из груди Джейи; она тихо склонила голову на плечо Уна…
Когда Зур вернулся вечером из подземных пещер, сын Быка отвёл его в сторону от становища, которое уже наполнилось воинами и женщинами.
– Вот! – сказал он резко. – Ун хочет снова увидеть волчиц, пещерного льва и базальтовую гряду.
Зур посмотрел на друга своим туманным взглядом, и улыбка осветила его лицо. Он знал, что Ун страдает, живя среди уламров; да и у самого Зура было тяжело на душе.
– Зур будет счастлив вернуться в базальтовую пещеру!
Слова друга рассеяли последние сомнения Уна. Он приблизился к Нао, отдыхавшему поодаль, в тени порфировой скалы, и сказал:
– Уламры не любят сына Быка. Он хочет уйти снова по ту сторону гор. Он будет жить с племенем женщин-волчиц и станет союзником уламров.
Нао слушал речь Уна в молчании. Он любил сына, но знал о неприязни, которую питали к нему уламры, и предвидел в будущем непрерывные раздоры и столкновения.
– Племя недовольно тем, что Ун отдаёт предпочтение чужеземцам! – сказал он наконец. – Оно не простит ему этого предпочтения, если Ун будет жить с племенем. Но уламры уважают союзников. Они сражались вместе с людьми-без-плеч. Они перестанут ненавидеть Уна, как только он покинет их. А будущей весной Нао приведёт уламров по ту сторону гор. Они поселятся на плоскогорье, а волчицы останутся на равнине. Если во время холодов уламры спустятся вниз, они не будут охотиться на землях Уна. Тогда союз наш будет прочным и нерушимым. – Вождь положил руку на плечо юноши и добавил: – Сын Быка стал бы великим вождём среди уламров, если бы не предпочёл человека-без-плеч мужчинам, а чужеземку – женщинам племени.
Ун признал силу этих мудрых слов. Но он не жалел ни о чём. Зур и Джейя были ему дороже и ближе жестокосердных и враждебно настроенных сородичей. Только разлука с Нао огорчала его.
– Ун будет приносить сыну Леопарда зубы зверей и блестящие камни, – сказал он дрогнувшим от волнения голосом.
Сумерки спускались на землю. Тихая печаль наполняла сердца обоих мужчин. Их души были так схожи между собой, но какими разными оказались их судьбы! Оба провели юность в далёких скитаниях и странствиях. Оба совершали великие подвиги и побеждали могучих врагов. Но в награду за эти подвиги племя уламров избрало Нао своим вождём; сына же его сделало изгнанником.