– Нет, не передумал. Старость не за горами, и, как вы правильно заметили, я оказался к ней не готов. Однако я задам вам встречный вопрос – будет ли у меня возможность скопить на маленький уютный домик в Крыму, скажем, в Ялте? Это то самое место, что рекомендуют мне врачи.
– Не только на маленький, но и на самый что ни есть роскошный, какими владеют в Крыму некоторые отставные генералы. Я тоже люблю Крым, Ялту и рад помочь вам, чтобы было куда пойти в гости по старой дружбе, а может быть, я и сам куплю что-нибудь по соседству – наверное, наступит день, когда и мне наскучат дела. Все зависит от вас, Амирхан Даутович, повторюсь ещё раз: ваш опыт, знания, прежние связи нам необходимы позарез. Но давайте спокойно пообедаем, а разговор наш о делах перенесём наверх, ко мне в номер.
Когда они выходили из-за стола, прокурор осторожно подсказал Артуру Александровичу:
– Обратите, пожалуйста, внимание на того молодого человека в красной рубашке, что сидит недалеко через проход. Мне кажется, он слишком тщательно выбирал место, чтобы лучше просматривался наш столик, и все время не сводит с вас глаз.
Артур Александрович, не повернув головы в ту сторону, куда кивком указал Амирхан Даутович, улыбаясь, ответил:
– Я не ошибся в вас, прокурор! Есть ещё порох в пороховницах – не утратили хватки. Вы правы, он не сводит с меня глаз и место выбрал с умом, но он так и должен поступать, потому что это мой телохранитель.
Видя, что своим сообщением явно огорошил сдержанного, владеющего собой прокурора, Артур Александрович рассмеялся:
– Да, да, телохранитель, не удивляйтесь. У вас тоже будет свой, впрочем, он уже есть – подыскали нам подходящего человека, прибудет недели через две-три. Ну а с Ашотом, я надеюсь, вы подружитесь – надёжный парень, не подведёт.
Поднялись на третий этаж – номер Артура Александровича расположен был в конце коридора. Ещё когда входили, Амирхан Даутович обратил внимание на тяжёлую дубовую дверь и два финских замка особой секретности – такие замки были врезаны некогда у него в кабинете областной прокуратуры.
Двухкомнатный «люкс» на первый взгляд ничем особо не отличался: маленькая спальня, в которой едва умещался спальный гарнитур, и небольшой зал, наверное, служивший Артуру Александровичу кабинетом и приёмной. Бесшумно работал кондиционер, и оттого в комнатах стояла приятная прохлада. Чувствовалось, что здесь живут давно: уют больше походил на домашний, чем на гостиничный.
Оглядевшись, Ликург увидел в углу большой японский телевизор «Шарп», а рядом, на специальной подставке, плоскую серебристую деку, похожую на магнитофон, но понял, что это видеоприставка.
Артур Александрович, поймав взгляд Азларханова, подтвердил:
– Да, домашнее кино. Интересные есть фильмы, «Крёстный отец» Копполы, например. Жаль, времени не хватает смотреть, впрочем, у вас со временем будет лучше. Так что при желании можете смотреть здесь или систему поднимут к вам в номер.
Амирхан Даутович вопросительно глянул на хозяина «люкса».
– Да, да, к вам в номер, я не оговорился, просто забежал немного вперёд, к слову пришлось. Мы с Икрамом Махмудовичем решили, что ваше жильё не подходит ни вам, ни нам. Прежде всего оно не подходит вам – далековато для ваших каждодневных пеших прогулок, да потом, что это за квартира – не по вашим заслугам, Амирхан Даутович. Поскольку однокомнатные здесь дефицит, как и в любом другом городе, мы подыскали вам обмен на двухкомнатную, от гостиницы недалеко, в соседнем квартале. Я был там и уверен, она вам должна понравиться. Не скажу, чтобы квартира особо нуждалась в ремонте, но решили все же обновить её, тем более в этом городе есть настоящие мастера. Через два часа мы закончим с вами кое-какие дела, а затем вы с Икрамом Махмудовичем поедете и посмотрите новое жильё. Там вас будет ждать человек, его люди будут делать ремонт, – на месте все и обговорите. Месяца два вы будете мне нужны ежедневно: накопилось много дел, по которым хочу получить у вас консультацию или обсудить, как законнее поступить. Вашу квартиру в Черёмушках надо будет освободить, а на новой, на Красина, будет пока идти ремонт. Поэтому на четвёртом этаже, надо мной, вам зарезервирован точно такой же номер, и вы сегодня или завтра должны переехать в гостиницу.
Слушая Артура Александровича, Азларханов невольно усмехался. Хозяин номера тут же среагировал:
– Я что-нибудь не так говорю, Амирхан Даутович?
– Ремонт, «люкс» на четвёртом этаже… вы слишком оптимистичны насчёт моих финансовых возможностей, Артур Александрович.
Тут уж рассмеялся хозяин «люкса»:
– С вами не соскучишься, прокурор. Знаем ваши возможности, знаем. Мы ведь не прежнее ваше руководство: приглашая человека, ожидая от него отдачи, думаем прежде всего о нем. Какова забота, такова и работа – это наш девиз. Оттого и идут к нам охотно, хотя и элемент риска не скрываем…
Артур Александрович выдвинул незапертый ящик письменного стола и, не глядя, достал пачку денег в банковской упаковке.
– Вот получите. Это вам на первое время. Не хватит, обращайтесь, не смущаясь. Повторяюсь, я не филантроп и, как всякий деловой человек, умею считать деньги, но ваша работа будет оплачиваться высоко, так что вы вправе брать вперёд любые суммы. Помните из классики: в старой России могли выдать жалованье за год вперёд – у нас приблизительно такая же отжившая система, но не для всех, конечно.
Амирхан Даутович взял протянутую ему пачку пятидесятирублевок и небрежно сунул в карман. Видимо, обтрепавшийся рукав его пиджака напомнил Артуру Александровичу что-то, и он добавил:
– И последнее, прежде чем перейти к делу. После встречи со строителями поедете с Файзиевым на торговую базу соседней области – там вас тоже ждут, звонили перед обедом. У них крупное поступление. Вам следует капитально обновить свой гардероб, что называется, от и до. Солидность, респектабельность… По одёжке встречают, по уму провожают – это придумал не я.
Наверное, Артур Александрович ещё о чем-нибудь неожиданном вспомнил бы, прежде чем перейти к делу, но тут раздался междугородный телефонный звонок. Хозяин номера долго выслушивал кого-то на другом конце провода, изредка вставляя непонятные реплики: чувствовалось, что разговор не доставляет ему удовольствия. В конце концов, не дослушав до конца, он сказал:
– Сегодня буду, ждите, – и бросил трубку.
Затем заходил по комнате, заглянул зачем-то на минутку в спальню; вернулся в зал по-прежнему спокойным, уравновешенным – он умел владеть собой.
– Не люблю, когда срываются планы. Сегодня я собирался ввести вас в курс дела, но не хочется впопыхах. Отложим на послезавтра. Я должен срочно, сейчас же, выехать в Ташкент. А вы решайте пока свои личные дела с Икрамом Махмудовичем, устраивайтесь. – Артур Александрович взял со стола ключ и протянул его прокурору. – Это от номера надо мной, посмотрите и оформляйтесь. – Он помолчал. – И вот что я вам скажу на прощанье… Я специально не затронул этой темы вчера, считал, что ваше согласие работать с нами должно быть добровольным. – Он посмотрел Амирхану Даутовичу прямо в глаза. – Я думаю, у вас есть ещё одна причина сотрудничать с нами и, насколько я знаю вас, более важная, чем деньги, но вы о ней ещё не подозреваете. Так вот, я думаю, теперь у вас появится возможность свести кое с кем счёты… Доберёмся и до Бекходжаевых – дайте только срок. А пока – всего хорошего.
Когда Азларханов вышел из номера, у окна в коридоре курил тот самый молодой человек в красной рубашке. Увидев Амирхана Даутовича, он, отбросив сигарету, улыбнулся как старому знакомому, но Азларханов, словно не замечая его, прошёл к лестнице, ведущей на четвёртый этаж.
Вернулся Амирхан Даутович с Файзиевым из соседней области поздно вечером, затемно. День выдался напряжённый, и от каждодневной прогулки пришлось отказаться. Так устал, что и покупки разглядывать не стал, свалил коробки, свёртки, пакеты в прихожей – все равно завтра придётся перевозить в гостиницу.
Отказался прокурор и от ужина в «Лидо», предложенного Плейбоем, – хотелось побыть одному, обдумать ещё раз крутые перемены в своей жизни. В том, что Артур Александрович с компаньонами всерьёз рассчитывает на его помощь и кое-какие прошлые связи, он не сомневался, потому такая щедрость, желание быстрее благоустроить его быт, желание спешно расположить к себе и своему делу.