Пригнувшись, мы всё дальше и дальше пробирались по петляющему ходу. Насколько я помнила, даахганы могли селиться довольно крупными гнёздами до тридцати особей. А судя по внушительной столовой, из которой мы уходили, их тут немало. Если повезёт, то выберемся отсюда, не встретив никого, ведь до заката ещё далеко, а эти твари ведут ночной образ жизни.
Тоннель никак не кончался, зато постоянно разветвлялся, давая нам раз за разом пищу для размышлений и споров.
- Давай свернем вот здесь, - настаивала я, задом чуя, что так мы выйдем наружу.
- Гледис, если мы станем сворачивать на каждом повороте, то будем ходить кругами, - не сдавался так просто мужчина.
По моим расчётам, мы уже давно должны были выйти хоть куда-то, но максимум, до чего мы добрались — это широкий коридор, ведущий в неизвестность. На удивление нам так и не встретился ни один жук-переросток, чему я была несказанно рада. Вот только везение не могло длиться вечно. Мы всё же свернули в коридор, который был ещё шире, чем тот, по которому мы шли. Казалось это уж точно верный путь, но он вывел к ещё одной пещере. Казалось, что она пуста, вот только шедший впереди Ник наступил на спящего даахгана. Раздался дикий стрекот, тут же помножившийся как минимум на десять. А вот и гнездовье!
Глава 20
Печать - двухступенчатое огненное заклинание средней сложности, бьющее по площади. Магу моего уровня к нему нужно подготовиться, сосредоточиться. Ну это в теории. Я сама не поняла как в считанные секунды произнесла заклинание, спалив к чертям половину насекомых и чуть не задев Ника.
- Бог ты мой, Гледис! - шарахнулся он в сторону, поспешно туша загоревшийся рукав.
Дико воняло горелым, едкий дым жёг глаза и горло. На наше счастье, даахганам всё это тоже не понравилось, как и раскалённые останки собратьев, преграждающие путь к нам. Всё это дало мне возможность ещё раз воспользоваться заклинанием, полностью зачищая пещеру. Смотритель создал небольшой светлячок фонарика, опасаясь впредь блуждать в неверном свете мха и запечатал льдом проход. Теперь мы спокойно могли вернуться назад по тоннелю, не боясь задохнуться от дыма.
Я так устала, что у меня кружилась голова и подрагивали руки. Это в сказках маги могли колдовать по сотне заклинаний без продыху, жизнь была куда беспощаднее. Тело не могло бесконечно пропускать через себя ману, поэтому два-три сильных заклинания или десяток слабеньких и привет усталость. С годами тренировок и практики объёмы потребляемой маны в разы увеличивались. Существовали также артефакты поддержки, позволяющие поправить это досадное положение дел, но стоили они баснословных денег, которых у меня не было. Поэтому злой как черт Николас волок меня по коридору, не иначе как балласт. Толку от меня теперь ноль. Вот перекусить бы, отдохнуть и через часик можно снова в бой.
Мы вернулись в большой коридор, в котором концентрация дыма была куда меньше. Этот факт безумно меня обрадовал, но не так сильно, как то, что потоком воздуха дымок тянулся вправо.
- Выход, - одновременно сообразили мы, вдохновлённые надеждой наконец выбраться из этого ада.
Бог ты мой, я уж думала мы так и подохнем здесь если не от хищных жвал даахганов, так от голода и жажды. Вот он выход, просто иди следом за нитью дыма, тянущейся наружу. И всё бы хорошо, вот только впереди из тоннелей слышался стрекот. Ник до боли сжал мою ладонь, потянув скорее к выходу, которого пока даже не было видно. Один из тоннелей, смотритель также запечатал льдом. Ненадолго, но это остановит жуков. Второй проход, что находился дальше по коридору, он увы закрыть не успел. Огромное чёрное насекомое выскочило из него, но не напало на нас. Даахган на мгновение остановился, чуть расправив надкрылья. Не теряя времени, Ник кинул в него ледяные иглы, пробив тому голову. Но он не успел на доли секунды. Перед смертью насекомое издало пронзительный стрекот, тут же повторившийся откуда-то сбоку. Мы бежали вперёд, как ненормальные, до хрипа, до боли и темноты в глазах. Смотритель на ходу запечатывал проходы один за одним, но позади нас по тоннелю уже был слышен стрекот. Нас догоняли. Я ощущала себя загнанной лошадью, чувствуя, что пробежала за последние полчаса больше, чем за всю свою жизнь.