Алиса и Лев довольно часто гуляли по городу, взявшись за руки, и разговаривали обо всём, что только приходило им на ум.
Кристиан долго смотрел вслед уходящей парочке, но этого Алиса уже не видела, ведь всё её внимание было занято разговором. Как обычно, Лев рассказывал одновременно понятно и образно:
— Ты права, мой ангел, есть разные способы лечения людей при помощи биоэнергетики. Белосветные вроде Кристиана обычно пользуются в этом случае заёмной силой эгрегора. Чтобы эгрегор мог взаимодействовать с пациентом, человека нужно хотя бы временно подключить к этому эгрегору. Для этого могут использоваться молитвы, заговоры с именем божества, можно напоить пациента святой водой или рекомендовать (на деле — практически обязать) соблюдать пост. Есть много способов, в случае, если белосветные используют христианский эгрегор. Заодно, если вдруг лечение не помогло, всегда можно придраться, что пациент не выполнял то, что ему «рекомендовали».
— А тёмные что, так не делают?
— Алис, ну вот вспомни… Хоть Петра. Какое там лечение именем и властью Сатаны? Кто вообще на это согласится?
Девушка тихо рассмеялась, представив, как Питер, с бас-гитарой наперевес, лечит кого-то во имя Сатаны. Да уж, после такого лечения, не важно, успешного или нет, ещё и у психиатра придётся полечиться.
— Понятно. То, что позволено светлым, в исполнении тёмных не поймут и не примут.
— Это да. Но белосветные ещё и своим лечением легко могут навредить человеку. Предположим, выжгут божественным светом признак болезни из ауры, а ничего, что после этого дыры в ауре у пациента, и биоэнергетика ослаблена, а иногда и просто аура в клочья?
— Думаешь, светлые маги не понимают, что происходит после их вмешательства?
— Понимают. Только вот болезнь излечена, и вред ауре пациента уже нанесён. Что они сделают? Лечить иначе они не умеют, и учиться не хотят, потому что разве могут причинить вред божественный свет и божественное вмешательство?
Алиса насупилась:
— Ведьмам это салемским расскажите.
Лев кивнул:
— Это другое, конечно, но в целом позицию белосветных ты поняла. А еще они не приемлют критику и не слушают добрые советы и считают себя безгрешными. Они же светлые, то есть ошибаться не могут… — Лев не прятал горечь, звучащую в сказанных словах.
— Лёв, а тёмные как-то иначе людей лечат, получается?
— Ну да. Они пользуются своей силой. Если берут энергию у эгрегора, то всё равно пропускают эту силу через себя. Получается дольше, чем у светлых, постепенный обмен энергией, таким образом лекарь понемногу перетягивает болезнь пациента на себя, и сможет ли он исцелить больного — зависит только от его личного могущества. А это значит, что лекарь не сможет понять, сумеет ли помочь человеку, пока не начнёт лечение. Поэтому и никаких гарантий не даёт…
— А почему тогда светлые знают, в каких случаях не смогут помочь?
— Ну, посуди сама, если у человека вся аура чёрная, сильное проклятье или смертельная болезнь, божественный свет просто убьёт пациента. Нет смысла оперировать, если поражено всё тело, понимаешь? И с аурой так же…
— А тёмные?
— Сильный тёмный может побороться за такого пациента, и даже спасти…
«Пропускают через себя…» — девушка смотрела на учителя широко открытыми глазами:
— Но это же… Может быть опасно для того, кто лечит?
Мужчина спокойно кивнул:
— Может быть. Но некоторых человеколюбие толкает на подвиг.
— Человеколюбие или гордыня?
На губах у мужчины появилась улыбка, но голос звучал не весело:
— Ты всё правильно понимаешь, ангел мой. Но только так, преодолевая преграды и ставя себе сложные цели, мы можем расти в своём мастерстве и могуществе и становиться сильнее.
— А что будет с магом, если он переоценит свои силы?
— Он может очень сильно заболеть или даже умереть. — ответил Лев спокойным, ровным тоном, и добавил: — Ангел мой, не нужно начинать бояться за меня. Я никогда не рискую попусту… Лучше скажи, ты ведь сегодня не зря завела разговор об аурах. Ты стала их видеть?
Алиса медленно кивнула и застыла, изумленно глядя на Льва. Сейчас она видела его ауру — большую, она растянулась метра на три в радиусе от тела учителя, и мерцала фиолетово-аметистовыми оттенками.
— Ой! Ты такой… Такой аметистовый…
— Значит, и правда видишь… — довольно улыбнулся Лев. — Это хорошо. Даже если не станешь практиковаться в лечении, сама по себе способность видеть цвет ауры полезна. Эта информация может многое рассказать о том, с кем ты будешь общаться или взаимодействовать.
Алиса осторожно поинтересовалась:
— Лёв, а у тебя почему… Аура такого цвета?
— Ты же помнишь, Кристиан говорил, что когда маг подключен к эгрегору, его аура может быть самых неожиданных оттенков…
— А ты…
— Ну да.
Девушке очень хотелось спросить, какой именно эгрегор выбрал для себя Лев, но она вдруг поняла, что не готова узнать эту информацию. Прямо сейчас — не готова. Лев, словно понимая её сомнения, всё-таки попытался подначить подругу:
— Ну, спроси, тебе же интересно…
— Интересно. Но прямо сейчас я не хочу узнавать такое о тебе. Прости, если разочаровала.
Мужчина громко, искренне рассмеялся:
— Ангел мой, ну о каком разочаровании может идти речь? На этот вопрос я отвечу тебе в любое время, когда ты решишь его задать.
— Это хорошо… Лёв, знаешь, что-то мне расхотелось возвращаться обратно… Проводишь меня домой? Если нет — я не обижусь, сама дойду, просто не хочется ещё расставаться.
Мужчина вздохнул:
— Алиса, что за неуверенность в себе и во мне? Мы же пара, поэтому я буду всегда прислушиваться к твоим желаниям. Так что пойдём гулять в сторону твоего дома.
— Спасибо. Это так любезно с твоей стороны. — девушке и радостно было от таких слов своего мужчины, и немного тревожно. Ведь, если он готов ради ее интересов поступиться своими, и она принимает такое его отношение, то и сама должна отвечать ему тем же, иначе будет неправильно. Даже если Лев не будет просить ничего подобного, сама-то она знает, как должно быть… Всегда, надо же. Не слишком ли щедрое обещание? С неудовольствием оставив эти мысли, чтобы вернуться к ним потом, Алиса произнесла просительно: — И, Лев, не говори пока ребятам, что я научилась ауры видеть.
— Как скажешь, мой ангел, хотя не вижу особого смысла это скрывать, но решать тебе.
Алиса нахмурилась и недовольно пояснила свою просьбу:
— Знаешь, вообще нет никакого смысла ни от кого ничего скрывать, если подумать. Но люди всё ещё ужасно скрытные, и опасаются давать другим слишком много информации о себе.
— Вообще-то есть более весёлый и забавный способ запутать людей — дать им слишком много информации. И ни в коем случае не поправлять, если они, исходя из этой информации, сделают неправильные выводы.
Девушка улыбнулась:
— Ты мой хитрец. Ну всё, мы уже пришли. До скорой встречи, да?
— Конечно. До очень скорой встречи.
Алиса, поднявшись в квартиру с широкой улыбкой на лице, вдруг задумалась: будет ли считаться, что она влюбилась в Льва с первого взгляда? Во всяком случае, её внимание он привлёк сразу же, а это уже немало.
16. Ты никто…
Пусть Алиса и посмеивалась над пристрастием Антошки к боям в астрале, у неё самой тоже появилась тайна, связанная с тонким миром. Очень уж ей в душу запал розовый лабиринт, в котором девушка оказалась в первый свой выход в астрал. Теперь Алисе не нужно было нырять в колодец и выбирать дверь, чтобы оказаться в полюбившемся уголке астрала. Она могла просто выйти в альфа-состояние, и сразу же оказаться там.
По лабиринту из розовых кустов Алиса могла бродить, кажется, бесконечно, сопровождаемая кошкой и змеёй. Она не делала чего-то полезного, лишь гуляла и любовалась цветами… А заодно изучала, как долго может оставаться в астрале, насколько расходится её ощущение времени, проведённого в тонком мире, с реальностью, каким будет её самочувствие после возвращения из астрала, причём количество проведенного там времени тоже явно имело значение.