Драться пешкам нельзя. Первое предупреждение.
— Это не я… — голос второй пешки прозвучал опасливо, но его мгновенно заглушило шипение. И неприятный, скользкий звук… будто драчуна как следует шлёпнули одним из тех языков.
Драться пешкам нельзя. Второе предупреждение.
Мне стало страшно и в то же время любопытно, что последует за вторым предупреждением — третье или наказание? Но пешки замолчали, почти одновременно опустили головы и принялись рассматривать свои чёрные туфли.
Напоследок раздалось ещё одно сообщение:
Идите в комнаты. Сидите там. Бесцельно ходить туда-сюда запрещается.
Голос умолк. Двери комнат стали закрываться — все, кроме моей. Цветы в коридоре повернулись, красноречиво взглянули на меня — мол, и ты иди обратно. Я аккуратно притворила дверь, встала спиной к ней и задумалась. Значит, обойти Башню, заглядывая в каждый уголок, не получится — запрет! Жаль.
«Ты что делаешь?» — спросил Кувшиночник, когда мне сделалось скучно и я пододвинула стул к стене. Я не ответила и взобралась на него, а затем выглянула в окно, как раз между мясистых листьев Кувшиночника. Заодно отметила, что у него не было запаха, в отличие от остальных цветов.
Внизу клубился сплошной туман — ничего не видно. Я ощутила разочарование, но всё ещё упрямо смотрела вдаль, надеясь обнаружить что-то интересное.
«Это бесполезно, — вмешался в мои мысли голос Кувшиночника. — Вот когда взлетим повыше, и пока не стемнело, я покажу тебе огромных птиц рукха. Только издали — они опасны, и если летают поблизости от Башни, от окна лучше держаться подальше. Высунешься — схватят, унесут и сожрут. Бывали такие случаи… Поняла, пешка?»
«А откуда ты знаешь, что именно сожрут? — Мне начали надоедать все эти запреты. — Вам что, рукха потом обглоданные кости показывали?»
Кувшиночник, пожалуй, растерялся и несколько мгновений молчал, подрагивая листьями, затем уверенно заявил:
«Так говорится в истории нашего мира, а значит, это правда. Тебе придётся верить тому, что тебе рассказывают, чёрная пешка, потому что… а как иначе?»
Я поразмыслила и согласилась с ним.
«Только вот что. Перестань называть меня пешкой. Мне это не нравится», — я задумалась. Надо придумать себе имя — чем я хуже цветка?
«А как тебя называть?» — хмыкнул Кувшиночник и покачал своей фиолетовой головкой. Мол, чёрная пешка и чёрная пешка, вот и всё! Глядя на него, только сильнее захотелось сделать по-своему.
Я подумала ещё, и в уме сложилось вполне благозвучное имя. Набравшись смелости, я назвала его так, чтобы цветок услышал:
«Ферджина. Называй меня Ферджина».