Яростное стадо, возможно, так и пронеслось бы мимо, мстя всем и вся по одному им известному поводу, только чуткие уши разгневанных самок легко вычленили в общем визге человеческий голос. И вот уже грязные ощерившиеся мордынацелились на двух подмастерьев.
— Ух, лучше бы этих засыпало, — разочарованно протянула травница. — Арн там вообще живой?
Яританна не отозвалась. Побелевшая, даже сквозь новую окраску девушка без чувств висела поперёк своей ветки. На холодном лбу поблёскивали капельки пота, а из вжатых в кору пальцев сочилась кровь. Более чем скромный резерв духовника с трудом выдержал столь быструю манипуляцию со стихией через неподходящий проводник. Алеандр осторожно перегнулась к подруге и встряхнула за плечо, реакции не последовало, от чего травница серьёзно пригорюнилась.
— Вот скажите, пожалуйста, — от нечего делать после пяти минут безуспешных попыток приведения в сознание мозгового центра их небольшого отряда обратилась Алеандр к ближайшей свинье, что вместе со всем стадом обосновалась на поляне, меланхолично подрывая корни их убежища, — если мне не изменяет память, Вы же никуда не пойдёте, пока не начистите пятак обидчику?
Ближайшая свиноматка всхрюкнула, загоняя в малинник весь полосатый выводок и принимаясь помогать.
— Я так и думала. Какие же вы всё‑таки примитивные и не дальновидные создания! Скажите, какой смысл, очертя голову переть на неизвестно кого? Подумаешь, кого‑то из стада зацепило! Это же ещё не повод рвать себе шкуру. Подумайте, она же у вас единственная! Это же нужно понимать всю ценность своей жизни! Ладно, ещё мы с Танкой. В принципе безобидные существа, которые ничего вам не сделают. Но зачем было на Арна переть? Видите же какой бугай, будь в лучшей форме, пятаки бы начистил. Да, Триликий с ним, мог же запросто и медведь оказаться. Или, скажем, нечисть какая… Ну вот, попёрлись ли бы вы на вурдалака? Эх, по мордам вижу, что попёрлись. Хотя такой численностью и вурдалака завалить можно. Вы же, наверное, только числом и берёте, а по отдельности свинья — свиньёй. — девушка в сердцах плюнула на ближайшую макушку. — Ну и что мне теперь делать? Проводить судебные разбирательства по поводу возмещения морального ущерба? Может, ещё компенсацию потребуете? Ага, натурой… скину Танку и проблемам конец!
— Я те скину! — злобно зашипела из‑за спины духовник, обхватив руками раскалывающуюся от боли голову. — Я тебе так скину, что и в посмертии икаться будет!
Сильный, а главное, резкий расход резерва всегда умудрялся выбивать её из сознания, словно подсаженная ментальная пиявка. Это редко сопровождалось дополнительными спецэффектами, но в этот раз даже сама Танка удивилась, рассматривая успевшую засохнуть кровь из‑под ногтей.
«Только бы не отслоились от удара. У меня же вся стипендия уйдёт на наращивание. Можно, конечно перевязать лентой, как в детстве. Но, все десять? Тогда уж траурной, для полноты образа и взвыть дурным голосом для натурализма…. Хотя синевы пока нет, может и обошлось. Обычно после такой вот своеобразной онихэктомии новый ноготь вырастает корявым, бугристым и задубевшим, как у упыря. Н — да, теперь точно от имиджа гробокопателя не отделаюсь. Ну, с другой стороны меньше будет проблем с обламыванием. Хрупкости никакой! Спиливать о соседский сарай! Класссс. Можно резьбой по дереву заняться? Наконец‑то сделаю резные перила маме. Там с паутинкой, летучими мышами и волкодлаками…»
От радужных мечтаний её оторвал настойчивый голос Эл над ухом:
— … теперь, Танка! К кому я обращаюсь?
— Задумалась.
— Угу, вижу, — поджала губы не обманувшаяся этой отговоркой травница. — Я спрашивала, как ты оцениваешь сложившуюся ситуацию.
— История повторяется! — загробным голосом продекламировала тенегляд и, вытянув вперёд покрытые кровью пальчики, скопировала классическое полтергейстское «У-у-у».
— Я серьёзно!
Яританна неловко уселась на свою ветку, поплотнее прижавшись к стволу, и осторожно глянула вниз. Свиньи даже не думали расходиться.
— Этот несанкционированный митинг сам тихонько не уйдёт? — поинтересовалась блондинка и, получив от травницы уверенный кивок, тяжело вздохнула: — тогда будем ждать чуда.