Болезненный процесс самокопания, развернувшийся в мрачных думах чародея был прерван самым грубым образом. Шедшая впереди духовник, что всё это время молчала, погружённая в свои мысли или иные миры (кто их там, некромантов, разберёт), резко остановилась и сбросила свой тощенький рюкзак на землю. Она не стала поправлять съехавшую с плеча сорочку, что вместо рубашки заправила под изуродованное платье, превратив его в подобие сарафана, зато очень подозрительно прокрутила кистью.
— Жаль, — это были её первые слова за всё утро и потому звучали хрипло и очень настораживающе. — Я не могу позволить, кому‑либо узнать о случившемся. Наверное, вас придётся убить.
— Она ж это не серьёзно!?! — сдавленно проговорил чародей, не находя в себе силы отвести взгляд от чёрной змейки, крутящейся возле запястья Чаронит: при всём своём умении распознать и нейтрализовать заклятье ему не удавалось.
— Хватай её!!! — быстрее сориентировалась в ситуации Эл и, отшвырнув свои сумки, с визгом бросилась на спину новоявленной некромантке.
От пронзительного визга, служащего скорее для деморализации противника, с которым одна подмастерье бросилась на другую, из невысоких кустов овса в ужасе кинулось к лесу небольшое семейство куропаток. Рухнувшие наземь девицы, сцепившись на зависть бойцовским кобелям, покатились с небольшого пригорка, не прекращая мутузиться и что‑то неразборчиво выкрикивать друг дружке. Араон Важич чувствовал себя как никогда глупо, бегая вокруг них с общими сумками и стараясь нейтрализовать мелькающее у запястья духовника заклятье, не попав при этом под щедрую раздачу. Девушки не обращали на появившуюся преграду никакого внимания. Чёрная змейка вспыхивала и искрилась, появляясь в самых непредсказуемых местах и здорово мешая собственному устранению. Дважды чародей едва не охватил эту самую змейку себе в ауру, неловко зацепив связующую энергетическую нить, и раза три получил ногой в бок уже на подходе. Наконец, терпение молодого человека иссякло, и, вскинув руки, он коротко крикнул код активации заранее заготовленного плетения, выпуская из пальцев тонкий поток силы. В тот же миг обе драчуньи коротко вздрогнули и безвольно обмякли, распластавшись по земле в весьма неудобных позах. Пусть это было и не благородно, но Араон Важич почувствовал несказанное злорадное удовлетворение, видя растерянное выражение глаз подмастерьев, скованных заклятьем оцепенения.
— Уф, — Алеандр недовольно растёрла свежеполученный синяк на плече, когда чародей оттянул ей в сторону и снял заклятье. — Надеюсь это всё же последствие нервного истощения, а не её Великий Бздик.
У травницы были нехорошие подозрения, что, если бы подруге удалось её покусать, то пришлось бы лечиться от бешенства, так непривычно яростно отбрыкивалась духовник. Арн осторожно разматывал незнакомое заклятье, зависшее возле хозяйки и так и не успевшее до конца сформироваться.
— А если бы и Бздик? — уточнил он, насмешливо поглядывая на взъерошенную травницу, пытавшуюся поправить перекрутившийся на шее ардак.
— Тогда я бы не стала рисковать при ней спать, — не поддержала его веселья девушка, подтвердив смутные и не самые приятные подозрения мужчины, но, уловив резко потемневший взгляд, поспешила сменить тему: — Зато я теперь смогу осмотреть её ногу!
Должный энтузиазм не спешил отражаться на посуровевшем лице чародея, зато появилась нехорошая хищная ухмылка. У этой ухмылки были все шансы перерасти в действие, насильное и, безусловно, противозаконное. Эл вся сжалась, пятками чуя не самый радужный финал.
— Госпожа Алелька! Глазам не верю! — раздался зычный бас. — Уж думал, пугало ожило, дай вилами садану на всякий случай!
С краю дороги стоял высокий смуглый мужчина средних лет с очень грозными усами классического стражника и сеточкой добрых простодушных морщин вокруг тёмных глаз. Великаном его назвать было сложно, но выглядел он вполне внушительно, особенно снизу вверх и особенно с внушительных размеров косой, перехваченной на манер дубины.