В «Алых паруса» Грей приплыл к Ассоль на корабле с алыми парусами, ведь он знал, что девушка мечтает об этом. Чудо может случиться. Чудо - это замечательные и неравнодушные люди, которые совершенно безвозмездно помогают детям обрести себя. Верьте в чудеса! Станьте им сами!
***
В этот день был юбилей ТОСа «Юбилейный». Вот такой каламбур придумал Самсон Николаевич! Сегодня он «сидел на барабанах». Председатель ТОСа часто выступал в роли запасного музыканта ВИА «Лютики». «Я хорош на вторых ролях. В этом я первый», - любил повторять Самсон Николаевич. Ещё он очень любил каламбуры.
Жанна сидела на лавочке и поедала праздничный плов.
- Чтобы все были довольны и Жанка сыта, предлагаю начать устанавливать аппаратуру.
Его друзья-музыканты принялись оборудовать сцену, украшенную корзинами с овощами и фруктами.
- Жанка, харе жрать! Колобком станешь.
- Будущего главного редактора должно быть много.
- Если б я занимался твоим воспитанием, ты бы уже главным редактором была!
Самсон Николаевич в молодости был первым парнем на деревне. Он образовал ВИА в городе, играл на клавишных. Тогда у него были густые кудри, о которых теперь, в пятьдесят лет, он вспоминал с большой ностальгией. «Время не щадило мои волосы», - с грустью говорил Самсон Николаевич. По образованию он был агрономом, сейчас выращивал помидоры и продавал на рынке, чем заработал на дом, машину и на приданое для дочери. Когда ему удавалось вылазить из теплицы, Самсон Николаевич вёл общественную жизнь, объединял молодежь своего территориального общественного самоуправления, репетировал с друзьями в вагончике. Он успевал пообщаться со всеми и в сети и в реальности. Фотографии с его страницы в «одноклассниках» мгновенно расходились по всему городу. Кто не знает Самсона Николаевича? Самсона Николаевича знают все!
Он учился в одном классе с матерью Жанны. Отца она давно не видела, поэтому прикипела душой к Самсону Николаевичу, и он всегда заботился, чтобы на праздниках её накормили. Жанна вообще стала сентиментальной. Она наблюдала за работой общественных ТОСов и удивлялась, как эти люди практически на одном энтузиазме организовывают жизнь города: занимаются и уборкой территории, и досугом горожан, поселян, устраивают различные собрания. Она по натуре была жуткой эгоисткой, но, вдохновляясь их примером, старалась сделать хоть что-нибудь полезное для города. «Если не можешь спасти мир, попытайся спасти хотя бы свой родной край», - сделала она заметку в своём волшебном блокноте для умных мыслей.
- А тебя случайно не Жанна Листьева зовут? - прервал её размышления какой-то симпатичный мужчина лет сорока в джинсовой куртке, который поедал плов на соседней лавке.
- Да. Вы, наверное, знакомы с моей матерью? Через её золотые руки в поликлинике многие проходили.
- Нет. Мне Алексей Владимирович про тебя рассказывал. Евсиков.
- Надеюсь, что хорошее.
- Ну да, ну да. Я, кстати, внештатником в «Районке» работаю. Тоже пишу статью о празднике.
- Какая прелесть! Интересно, а сколько там платят?
- Лучше я промолчу.
- Чтобы не обидеть, или чтобы не обидеться самому?
- Скорее второе.
- А вы по образованию журналист?
- Нет, юрист, но всегда тяготел к прессе. Вот недавно развелся, вернулся в родные пенаты залечивать раны.
- А кем ваша жена работала?
- Директор филиала одного банка.
- А, так вы вроде как альфонс?
- Был, теперь нет.
- Жаль, а то тут председательница одного ТОСа развелась, могла бы вас порекомендовать.
- А ты сама то замужем?
- Нет. Я жду своего Шрека.
- Погляди на того тракториста. Завидный жених. То, что нужно.
- Лучше я пойду фотографировать. А Алексею Владимировичу привет передавайте. Ой, уже пирожные раздают!
В свои сорок Андрей уже был седым и говорил с такими продолжительными паузами и вздохами, будто ему девяносто и он исходил в паломниках полпланеты. Жанночке он показался забавным и оригинальным. Она поняла, что над ним можно безнаказанно подшучивать. И тут Жанночка осознала, что встреча с Алексеем Владимировичем до сих пор не выходит у неё из головы. Она вспоминала чуть ли не каждую фразу их беседы, вспоминала его глаза цвета ясного неба. «Не к добру это не к добру», - досадовала Жанна.