- Ну последняя получала шесть тысяч.
- Однако. Дешево она себя оценила. Знаете, думаю я не та, кто вам нужен.
- Мне нужен не маляр, а художник. Она не удовлетворяла моим требованиям.
«За шесть тысяч должна быть художником и ещё удовлетворять?! Что за мир!» - досадовала Жанночка, ища подходящий момент, чтобы уйти.
- А у вас есть, Жанна, семейное бремя? А то у прошлой ребёнка там в детский сад нужно было отводить. Опаздывала всегда.
«За шесть тысяч она должна быть без детей, без семьи, без каких-либо обязанностей перед родственниками, жить на рабочем месте. Работодатели сошли с ума!», - возмутилась она и решила умереть под забором.
- А вы случайно не были знакомы с моим дедушкой? Иннокентий Семёнович, ныне покойный, был начальником линейного отдела Донречфлота.
- Как же, как же. Имел честь знать. Мировой был мужик.
- Так он бы вас об этот пол размазал, чтобы стереть память о знакомстве.
Слепов вылупил глаза, а Жанночка, гордо подняв голову, отправилась на улицу -навстречу новой жизни.
«Может быть, у меня нет денег, связей, модельной внешности, покладистого характера... Вернее, у меня их действительно нет. Но это не значит, что я должна падать ниже плинтуса. В конце то концов, я себя не на помойке нашла. Всё-таки у меня есть диплом. Скоро будут водительские права. Правда, два раза я уже завалила экзамен в ГИБДД, но в третий раз, уверена, удача мне улыбнётся. И надеюсь, что у меня есть талант. Вернее, он у меня действительно есть, но его убивают вот такие недалёкие люди, как этот Слепов», - размышляла Жанночка, покупая на улице котлету по-киевски, которую все жители волгоградской области старались искать в других городах, когда путешествовали (в том числе и в самом Киеве), но безуспешно. Котлета по-киевски давно стала прерогативой Волгоградской области.
- Двадцать пять рублей.
Жанночка не обратила внимания на противный голос продавщицы.
- Двадцать пять рублей.
Жанночка отвлеклась от своих мыслей и открыла кошелёк.
- Знаете, один мой друг бросил пить, когда перестали продавать дешевую водку. Потом он бросил курить, потому что вся зарплата уходила на нормальные сигареты. Теперь он думает бросить есть, а то вся зарплата уходит на еду.
- Санкции, санкции, будь они не ладны! Проклятая Америка не даёт спокойно жить!
- А когда, как вы думаете, жизнь в России пойдёт на лад? Я имею виду каждого рядового россиянина.
- Когда мы перестанем платить налоги депутатам, которые придумывают законы типа «теперь можно говорить и каталОг и катАлог».
- Вы правы. Спасибо за котлету. У вас цены не выросли!
- Заходи ещё.
И тут Жанночка вспомнила формулировку размера своего пособия - «не ниже прожиточного минимума 8700, но не более 4900». «И что бы это могло значить? Легче ответить на вопрос, в чем смысл жизни. Уж точно не в том, чтобы дожить до пенсии, потому что проще умереть молодым, чем разобраться в пенсионной реформе. И она явно не рассчитана на то, что люди должны жить после шестидесяти. Да и до тоже», - досадовала Жанна. Ей стало совсем грустно и одиноко. «Если бы не котлета по-киевски, наверное, под машину бы бросилась», - подумала она, доедая деликатес.
И вечером она написала в своем блоге в ЖЖ.
Я не от мира сего? Как же часто меня награждают
этим, не побоюсь сказать, эпитетом! А я, может, и не хочу быть от мира,
в котором голодают дети, употребляют всякую дрянь (я наркотики имею
ввиду), перекладывают по девять часов шесть дней в неделю бумажки на
работе, читают мерзкие «жёлтые» газетёнки, смотрят фильмы по комиксам и
курят, сидя на унитазе. Да, я не от этого мира. Я терпеть не могу
большинство фильмов по комиксам и курить на унитазе.
А зачем мне быть от мира, в котором пьют кока-колу, а потом чистят ей
раковины? Зачем мне быть от мира, в котором существует ипотека? Зачем
мне быть от мира, в котором плачут от лука, а не от собственной гадости?
Нет, я не против, что меня считают инопланетянином. Хоть червём, лишь
бы не заставляли делать то, что они делают.
Ещё меня часто считают глупой. Эх, глупым быть довольно умно, потому что
те, кто считают себя умными, не видят в вас угрозы и не достают своей
завистью. У умных людей уйма проблем: не упасть лицом в грязь,
потешить своё самолюбие, выплатить кредиты, поддерживать имидж.
Оно мне нужно? Зачем мне такие трудности как репутация? Нет, нет и ещё
раз нет. Я хочу быть только безмозглой идиоткой не от мира сего. На меня
никто не обижается, на меня никто не строит планов, мне никто не