В детстве же важно не сколько стоит вещь, а как ты к ней относишься. У меня, помню, был лук из дерева, который я сам сделал и который я просто обожал. Он ничего не стоил, но он мне очень нравился. Теперь же я люблю так свой ноутбук, потому что я за него отвал кучу денег. Я люблю так свои джинсы из бутика. А вот коллекцию спичечных домиков я давно выбросил: она ведь ничего не стоит в денежном эквиваленте. С возрастом материальная сторона побеждает духовную. Ведь дети не просто видят вещь: они вдыхают в неё жизнь, придумывают для неё историю. Потом фантазия умирает. Вещи становятся вещами, и лучше, если дорогими вещами.
Ок. Побрякушки так побрякушки. Им ведь придают огромное значение. Надеюсь, лет через десять мой сын прочтёт это и скажет: «А когда-то он не был занудой, самодовольным напыщенным идиотом, который думает только о деньгах, контрактах, сексе и как бы напиться в местах с позолоченными унитазами! Когда-то его воображение было безгранично, а совесть не стирана». Слушай, сын, пожалуй, когда ты это прочтёшь, у меня уже будет крутая тачка, жена, любовница, бестолковая доходная работа, у меня будут все атрибуты настоящего мужчины. Но помни, вот это написал другой человек, ещё вполне вменяемый, адекватный, искренний, творческий, с собственным мнением. Этот человек умирает. Ему совсем недолго осталось. Почему я не спас его, спросишь ты. Я слаб. Чтобы быть самим собой, нужно идти против системы. Нет ничего тяжелее, чем быть самим собой. Я больше не могу бороться. И я слишком люблю деньги и больше не представляю, как можно без них жить. Мне не позволяют сохранить индивидуальность. Верю, что хоть у тебя это получится. Ухожу. Ухожу быть таким, как все.
9 глава
Чуть ли не на каждых выходных Жанночка заезжала домой к художнику Ивану Дмитриевичу Шестакову - он писал её портрет солидного размера. Он теперь мог себе позволить рисовать тех, кто ему нравится, бесплатно. Иван Дмитрич запечатлел казачьего десятника с шашкой в образе безвозмездно, и даже отдал ему потом портрет. Жанночку он писал в образе безмятежного журналиста, который застыл на фоне городской суеты.
Иван Дмитрич жил на окраине города - так сказать, в престижном старом районе, где, как гласила легенда, проезжал Пётр I и попробовал самый вкусный пасхальный кулич в своей жизни, за что и дал городу название Кулич-на-Дону.
Дом у Шестакова был, что и не говори, хорош: деревянная резная лестница, которую он делал своими руками, обширная галерея на втором этаже, которой любовался каждый посетитель его дома, мастерская, в которой Иван Дмитрич пропадал дни и ночи напролёт, высокие разрисованные потолки.
- Сами строили этот дом! Десять лет! Иван Дмитрич так мечтал о собственной галерее, только ради этого и мучились со стройкой и ремонтом. Всё своими руками, - воодушевлённо рассказывала его супруга Инна Афанасьевна.
И всегда по дому бегали две их очаровательные внучки, которые остались без матери (она много пила и в итоге потеряла родительские права), и теперь жили с отцом, дедом и бабкой. Иван Дмитрич постоянно возил их то на репетиции в филармонию, то на занятия рукоделием, то на тренировки в спортшколу. У маэстро не было ни одной свободной минуты. Свои обязанности деда он выполнял не менее самозабвенно и тщательно, чем развивал талант художника. Иван Дмитрич был старшим прапорщиком в отставке, но никогда не отличался командирскими замашками и солдатским пошлым юмором. Человека более скромного, щепетильного и отзывчивого трудно было встретить. И этим он сильно отличался от плеяды других «известных» куличевских художников, у которых надменность становилась вторым «я», хотя они не обладали и десятой частью таланта Ивана Дмитрича.
- Пока мне очень нравится! - восхитилась Жанночка и принялась фотографировать на телефон свой портрет.
- Это пока только подмалёвок. Ещё много работы впереди.
- Куличевская Джоконда на мой взгляд.
- Так оно и будет. Редко кто остаётся доволен из тех, кого я рисую. То им нос кажется слишком большим, то морщин слишком много, то руки не угодили. Недавно рисовал полковника, так он заставил меня загладить на портрете все его морщины. Стал похож на куклу. Только взгляните, Жанночка!
Иван Дмитриевич показал ей портрет полковника. Жанночка видела его «вживую», и на картине он выглядел гораздо моложе.