— Ты… — прошептал он, его голос был глухим, а глаза горели. — Ты то, чего мне не хватало. Твоя сила… она завершит меня.
(Деметра, не в силах дышать, отступила в объятие Хатор. Он лишь усмехнулся, склонив голову, и его взгляд скользнул по ее телу, запечатлевая ее. Сет повернулся и вышел из зала, не проронив больше ни слова. С тех пор она чувствовала, что он наблюдает. Это был не надзор врага, а охота.)
Деметра вернулась в реальность, ее сердце бешено колотилось.
— Твоя одержимость началась тогда. Ты почувствовал, что моя Жизнь может дать тебе то, что не дает Нефтида, — она посмотрела на него с вызовом. — Ты хотел не просто победить Олимп, ты хотел владеть моей сутью.
Сет медленно кивнул, его губы растянулись в хищной улыбке, полной гордости.
— Ты, как всегда, проницательна, Деметра. Моя Нефтида... она Тень, она лишь отражение моего Хаоса. Она никогда не примет меня целиком. А ты? Ты можешь стать моим равновесием. Жизнь, покоренная Смертью. Порядок, поглощенный Хаосом.
Он наклонился, его голос стал доверительным, но от этого не менее опасным.
— Камень Нефтиды дал мне шанс. Я взял Гора, чтобы Зевс пришел за ним и развязал войну, но я тебя не отдам, даже если война кончится. Ты — ключ. Твоя сила принадлежит мне. Я вырву ее из тебя, если понадобится, но ты станешь моей.
— Ты не сможешь меня вырвать! — Деметра вскочила, опрокинув свое кресло. — Я — Богиня Жизни!
— Ты — пленница Бога Пустыни! — Сет вскочил ей навстречу, преграждая путь к выходу. Между ними осталось всего несколько дюймов. Его руки, мощные и загорелые, не касались ее, но их тень, казалось, уже сковала ее запястья. — Ты видела мой аванпост. Ты видела черепа. Ты видела призраков. Ты думаешь, я отпущу свое величайшее желание?
Он сделал полшага вперед.
— Ты, должно быть, очень устала, Богиня. Ты должна поесть, отдохнуть. А потом, — его голос стал шепотом, — ты расскажешь мне, как твоя Жизнь сможет процветать в моем Хаосе.
Сет указал на дальний вход в шатер, скрытый плотной алой завесой.
— Там моя спальня. Она ждет тебя. И не пытайся сбежать. Я приковал к тебе невидимые цепи — ни один портал не откроется. Ты моя, пока я не решу иначе.
В этот момент Деметра почувствовала пронзительный, леденящий холод, проходящий сквозь теплоту Сета. Это была волна чистой, ядовитой зависти.
Нефтида.
Она незримо присутствовала, наблюдая за ними. Ее Тень скользнула по Камню Забвения и коснулась Деметры. Это было предупреждение, обещание мести, которое было гораздо холоднее и коварнее, чем горячая одержимость Сета. Деметра поняла: Нефтида хочет, чтобы Сет потерял ее, а не владел ею.
— Я не буду твоей, — прошептала Деметра, сжимая кулаки.
Сет лишь усмехнулся, его алые глаза сияли, поглощая свет.
— Посмотрим, как скоро твоя Жизнь сдастся моему Хаосу. Ты не сможешь бесконечно сопротивляться, когда мы останемся вдвоем.
Деметра, не в силах больше противостоять его физической и аурической силе, медленно направилась к алой завесе. Она чувствовала, что это не просто спальня, а начало ее настоящей тюрьмы.
Глава 3 Закон Пустыни
— Я не буду твоей! — прокричала Деметра, и этот крик был не просто словом, а
последним, отчаянным усилием ее запертой божественной силы.
Ее ладонь обрушилась на его щеку. Звон удара эхом разнесся по шатру, но боль, которую
она ожидала увидеть в его глазах, заменилась ошеломляющей, дикой радостью. Сет не
дрогнул. Он лишь медленно, будто демонстрируя свою абсолютную власть, приложил
палец к месту удара.
— Смелая. О, очень смелая, — прорычал он. Его голос был низким, гортанным, без
малейшего намека на гнев, только ликование. — Ты подняла руку на Бога Хаоса. Никто
не смеет. Твое сопротивление, Деметра... это самый пьянящий нектар, который я
когда-либо пробовал. Продолжай.
Он сделал полшага вперед. Его жгучий след остался на ее губах, а в крови — горький
привкус его одержимости. Деметра отступила, ее ноги запутались в остатках разорванного
платья, которое он повредил в предыдущей главе.
— Ты безумен! Я — Богиня Жизни! Ты не имеешь права так поступать со мной! — Ее
голос перешел в хриплый шепот, но она смотрела ему прямо в глаза, не опуская взгляда.
— Открой мне проход немедленно!
— Открыть? — Сет откинул голову и расхохотался. Это был смех, полный древнего,
неукротимого презрения. — Твой телепорт сбит. Твоя магия здесь слаба. Ты находишься в
моем мире, Деметра, и здесь действует только мой закон. Закон Пустыни: сильный берет
то, что хочет. И сейчас сильный — это я.
Он медленно обошел обсидиановый стол. Его красные волосы, словно языки пламени,
спадали на широкие плечи. Его кожа светилась в полумраке, подчеркивая совершенную,
дикую мощь его тела. Сет был воплощением стихийной силы, которую невозможно
обуздать.
— Твоя сила — это чистая Жизнь. Моя пустыня, мой Хаос, вытягивает эту силу, как из
губки. Ты чувствуешь, как твое божественное сияние, которое ты обычно не замечаешь,
заперто, словно в клетке? Тебе остался только твой человеческий гнев и… твоя плоть.
Он сделал шаг, и Деметра была вынуждена отступить, пока ее спина не уперлась в
холодную, жесткую стену шатра. Сет поставил обе руки по обе стороны от ее головы,
запирая ее, как пойманного зверя. От него исходил жар, сухой и suffocating.
— Что тебе нужно? — Она попыталась проскользнуть под его рукой, но он прижал ее
бедром, лишая возможности движения. Этот контакт был небрежным, но невероятно
интимным и унизительным.
— Твоя суть. Твое сопротивление. Твоя… капитуляция, — он произнес это слово почти
ласково. — Я не жду, что ты полюбишь меня, Богиня. Я жду, что ты сломаешься. А пока
ты здесь... ты будешь моей гостьей. И моей... собственностью.
Его лицо было всего в дюйме от ее. Деметра видела каждую тень, каждую линию его
безумно красивого и опасного лица. Она чувствовала его дыхание, горячее и пахнущее
терпким нектаром. Она собрала последние крупицы своей силы и сжала зубы.
— Я никогда не сдамся, — прошипела она, пытаясь извернуться и ударить его коленом,
но он предвидел ее движение и сжал бедро еще сильнее.
— Мы посмотрим, — Сет улыбнулся. Это была улыбка хищника, поймавшего добычу. Он
снова нагнулся, и Деметра, не имея возможности уклониться, ожидала яростного поцелуя.
Но он был более коварен. Его губы прижались к ее виску, затем скользнули к нежной коже
под ухом. Это было медленно, соблазнительно, и совершенно угрожающе.
— Твое тело… оно знает, что я здесь. Чувствует, что я — конец твоего бесконечного
порядка. И ты хочешь увидеть, что будет дальше, когда Хаос примет тебя, — прошептал
он, и его голос звучал как соблазн и приказ одновременно.
Деметра почувствовала, как по ее телу пробежала волна, которая была наполовину
ужасом, наполовину неоспоримым, темным влечением. Ее божественное тело, созданное
для порядка и наслаждения, реагировало на его чистую, дикую энергию Хаоса, и это ее
злило. Она не могла отрицать химию, но она могла отрицать его власть.
Она попыталась использовать остатки своей магии. Сет издал низкий рык, не отрываясь
от ее шеи.
— Не трать силы, дорогая. Они мои, — он отстранился, чтобы снова посмотреть ей в
глаза.