Но Санни вдруг почувствовал зловещее предчувствие.
«Что-то… явно не так».
В просторном зале Астерион слабо улыбнулся.
Затем он слегка склонил голову.
«Забытый Берег? А, я слышал обо всех её подвигах там».
Он взглянул на Нефис, и выражение его лица стало обеспокоенным.
«Насколько я слышал, когда она прибыла, на Забытом Берегу находилось более тысячи Спящих. Но к тому времени, когда она закончила с ними, едва ли сотня пережила эту бойню».
Астерион вдруг повернулся к Каю.
«Скажи мне, Святой Найтингейл. Я лгу?»
Не получив ответа, он вздохнул.
«Спасительница? Что ж, возможно… а возможно, она просто использовала трупы этих несчастных детей, чтобы вымостить путь к спасению для себя самой. Просто ей в итоге не удалось пройти по нему. Кто знает?»
Астерион покачал головой.
«Ах, но ведь не имеет значения, безжалостно ли она обращала их в жертвенных агнцев, не так ли? Важен результат её сияющего лидерства. Всего сотня. Коэффициент выживаемости менее десяти процентов… Это сложно назвать оглушительным успехом, я бы сказал».
Санни поджал губы.
Астерион рисовал мрачную картину… но на самом деле он не лгал. По правде говоря, он в основном говорил правду.
Внезапно в сознании Санни укоренилось тревожное подозрение.
Астерион тем временем немного прищурился.
«Если это ваше определение спасителя, то сколько людей, по-вашему, выживут в грядущем мрачном будущем под её знаменем? На данный момент человечество насчитывает три миллиарда душ. Так что… триста миллионов, в лучшем случае? Даже меньше. В то время как миллиардам других суждено умереть».
Он вдруг усмехнулся.
«Если подумать, эти цифры вполне соответствуют тому, что задумывали Вейл и Сонг. Они хотели укрыть пару сотен миллионов человек здесь, в Царстве Снов, оставив остальное человечество на произвол судьбы. Заставляет задуматься, какой вообще был смысл их свергать».
Нефис спокойно изучала его. Однако Хранители Огня, размещённые в зале, казалось, кипели от ярости.
Наконец, она медленно выдохнула и произнесла:
«Сравнивать меня с Анвилом и Ки Сонг… да и с самим собой, если уж на то пошло… весьма ошибочно. В конце концов, между нами есть фундаментальное различие. Это различие заключается в том, что они капитулировали перед Заклятием Кошмара, а я — нет. Со времён, проведённых мной на Забытом Берегу, и до сегодняшнего дня моя решимость покорить его никогда не колебалась. Я всегда старалась поддерживать и вдохновлять других на доблестную борьбу с ним».
Она жестом указала на собравшихся в зале чемпионов Домена Человечества.
«Оглянись вокруг, Порождение Снов. Каждый человек здесь — тот, кто преодолел свой страх и поднял меч в знак неповиновения миру, который стремится его уничтожить. Есть и другие, кто сражался мужественно, но пал в бою. Их смерти — причина для скорби… но они никогда не были бессмысленными. Потому что нет цели благороднее или славнее».
Услышав её слова, чемпионы Домена Человечества выпрямились. Кто-то, казалось, гордился её похвалой, другие выглядели печальными, вспоминая друзей, потерянных на Пути Вознесения.
Нефис слабо улыбнулась.
«То же самое было и на Забытом Берегу. Да, когда-то в Мрачном Городе существовало более тысячи Спящих — медленно гниющих, перемалываемых в пыль Царством Снов. У них не было надежды и будущего, они тихо ожидали своего бессмысленного конца. Но да, действительно, я не была их спасительницей. Я была лишь тем человеком, кто показал им путь спастись самим… или умереть гордо, с мечом в руках, вместо того чтобы бессмысленно умирать на коленях».
В коридоре за пределами зала Кэсси вдруг вздрогнула и побледнела. Санни, поглощённый собственными мыслями, взглянул на неё и приподнял бровь.
«Что случилось?»
Кэсси покачала головой.
«Ничего. Просто… Нефис хочет, чтобы я присоединилась к ней внутри».
Она на мгновение застыла, затем подняла руку и положила её на дверную ручку.
Её рука слегка дрожала.
Санни мрачно изучал Кэсси. Было странно видеть её в таком состоянии, но он с опозданием понял причину.
Войдя в зал, Кэсси впервые встретится с Астерионом после того, как он жестоко избил её во время засады. Её разум был невероятно силён… но тело имело свойство помнить травму.
Санни хотел что-то сказать, но удержался. У Кэсси тоже была своя гордость. Ей не нужна была его жалость — только его поддержка.
Медленно выдохнув, Кэсси открыла дверь и вошла в зал. Она уверенными шагами направилась к стулу Неф и остановилась позади него.