У шахтёра не было работы, так что всё, что он мог делать, — это сидеть дома и предаваться размышлениям. Хотя бы его жена больше не ссорилась с его родителями, потому что его родители теперь тоже восхищались человеком по имени Астерион. Вместо этого он оказался белой вороной, страдая от их игнорирования.
Пробуждённый воин потерял нескольких товарищей в битве с существами из Улья. Они, возможно, могли бы выжить, если бы остались верны Бессмертному Пламени. Те, кто принял Порождение Снов, больше не могли быть благословлены милостью Меняющей Звезды, и поэтому они умерли от ран, которые могли бы быть смыты белым пламенем.
Ему следовало бы считать, что ему повезло всё ещё быть частью её Домена. Но, как ни странно, он чувствовал себя скорее заложником.
Официантка хотела найти способ снова понять свою дочь. Раньше она думала, что повар несёт чепуху, но теперь сама искала его, чтобы задать вопросы. Он долго говорил о старейшем Верховном, лорде Астерионе… и чем больше он говорил, тем больше его слова казались ей разумными.
Тем временем дела во внешнем мире становились всё хуже и хуже.
В ОССК были протесты. Кровь пролилась на улицах Рэйвенхарта. В Бастионе вспыхнул большой пожар, поглотивший целые улицы, прежде чем его потушили.
Новый слух распространился быстрее огня — слух о том, что Меняющая Звезда пытала и заключила в тюрьму одного из своих собственных Святых. Именно тогда Красный Холм внезапно оказался отрезан от внешнего мира.
Пробуждённые, которые раньше приносили новости из мира бодрствования, перестали возвращаться в Царство Снов. Торговый караван, который должен был прибыть в конце месяца, так и не прибыл.
Владыка Ада отправил на запад несколько когорт воинов, чтобы выяснить, что случилось. Они обнаружили огромные повозки, стоявшие на ладони скелета мёртвого бога, гигантские Эхо, которые раньше тащили их, исчезли.
Торговец и охранники были мертвы. Некоторые трупы были разорваны на части и пожраны мерзостями, но некоторые остались целы. Смертельные раны на телах, казалось, были нанесены человеческим оружием.
Новость, которую принесли разведчики, погрузила город в тревожную тишину. Как ни странно, Владыка Ада не отправил своих Мастеров в мир бодрствования, чтобы запросить помощь у сил Домена Человечества. Он также не покинул свой город, чтобы выполнить эту задачу лично.
Ещё несколько недель прошли в напряжении и тревоге.
Ссоры продолжались, видимые всем сквозь стеклянные стены.
Кошмары с яростным пламенем и ужасной болью тоже продолжались.
Люди были злы и устали. Более того, многие начали чувствовать, что сходят с ума. Некоторые были убеждены, что их отражения ведут себя странно, другие клялись, что ловили их взгляд в бесчисленных стеклянных поверхностях.
Казалось, Красный Холм приближается к точке разрыва…
Но затем внезапно в городе снова воцарился покой.
Драк и ссор больше не было. Люди больше не относились друг к другу с недоверием и не проявляли враждебности к своим согражданам. Приятная атмосфера единства и сплочённости вернулась в Красный Холм, и он медленно возвращал свою былую оживлённость.
Добыча руды возобновилась. Завод приступил к обработке добытого стекла. Воины клана Махарана безупречно сотрудничали, защищая город, карьеры и дороги, ведущие к ним.
Кошмары тоже прекратились.
Однако Красный Холм обрёл мир не потому, что его жители научились преодолевать разногласия.
Вместо этого он обрёл мир, потому что все объединились в почитании истинного Суверена Царства Снов — лорда Астериона, Порождения Снов.
Шахтёр снова был счастлив своей жизнью. Работа на стекольном руднике была такой же тяжёлой, как и всегда, но всех шахтёров объединяло общее рвение. Его жена и родители прекрасно ладили, и его прозрачный дом наполнился теплом.
Официантка помирилась с дочерью и наконец снова увидела её улыбку. Хотя гостиница, в которой она работала, стояла пустой, многие местные жители всё равно приходили, чтобы сытно поесть. Наблюдая, как они наслаждаются едой и гостеприимством, она смогла вспомнить, почему когда-то находила свою работу такой приятной.
Пробуждённый воин был рад видеть, что его товарищи снова действуют как настоящая когорта. Какой бы конфликт ни разрушил сплочённость их подразделения, он исчез, и, более того, его младший брат, казалось, перерос свой подростковый гнев. Их семья снова обрела гармонию.
Всё по милости лорда Астериона.
Город стал идиллическим — ну, настолько идиллическим, насколько это возможно для города, расположенного в аду.
Он объединился в стремлении к общему благу. К единению…