Одних Кошмарных Существ убивали и добывали из них мясо и осколки души, остальных забирал себе Король Ничего, и они сами становились проводниками его фрагментированной души.
Пока Санни вглядывался в глубины сияющего стекла, его отражение посмотрело на него в ответ.
Оно улыбнулось.
«Добро пожаловать, Повелитель Теней!»
Санни уставился на собственное отражение, испытывая сильное желание разбить стеклянную равнину и стереть его с лица земли.
Его останавливало лишь понимание того, что если он так поступит, на него с улыбкой будет смотреть тысяча таких отражений из осколков.
Глубоко вдохнув, он сдержался и прошипел:
«Что ты натворил, чёртов псих?»
Его отражение несколько секунд не реагировало, а затем усмехнулось.
«Ну, я просто устал быть бездомным. Вот и сделал себе дом».
Оно ухмыльнулось.
«Вполне справедливо, что такой почтенный король, как я, построил себе замок, верно? Люди могут звать меня Мордретом из Ниоткуда, но жизнь без единой цитадели, носящей моё имя, мне не по душе. Вот я и постарался исправить эту несправедливость».
Отражение сделало вид, что оглядывается по сторонам, любуясь видом на бескрайнюю стеклянную равнину.
«Это место мне прекрасно подходит. Да, весьма подходящее. Ты так не считаешь?»
Глава 2805
Преодолев оставшееся расстояние, Санни вошёл в город.
Люди и Кошмарные Существа расступились, пропуская его к странной, возвышающейся стеклянной Цитадели. Он наблюдал за ними по пути, чувствуя некоторый дискомфорт от вида неуклюжих Кошмарных Существ, мирно сосуществующих с людьми.
Улицы Красного Холма были оживлёнными, но спокойными. Эта странная сцена была одновременно жуткой и идиллической, словно искажённая иллюстрация к старому мифу о мире, где хищник и жертва должны были жить в идеальной гармонии друг с другом.
В то же время Санни не мог избавиться от ощущения, что всё это было чуждым.
Даже Астерион и выпущенная им чума не казались такими странными и чужими, как этот город, где правил Мордрет… где бесконечное разнообразие жизни было сведено к единой точке зрения. Единому разуму, единой душе и единой воле. Где не было «мы» и «они»… только безграничное «я».
Само по себе это было странно и немного тревожно.
По-настоящему пугающим это становилось, когда он напоминал себе, что все сосуды Короля Ничего когда-то были кем-то. Они были живыми существами, чьи души он уничтожил, чтобы завладеть их телами.
Санни думал, что уже был достаточно потрясён увиденным вокруг, до тех пор, пока не увидел ужасающую сцену на одной из площадей Красного Холма. Тогда он понял, что ещё ничего не видел.
Там, на площади, перед несколькими огромными, отвратительными Кошмарными Существами выстроилась длинная очередь из людей. Мерзости разевали пасти, и люди спокойно заходили внутрь, лишь чтобы быть разорванными острыми клыками и сожранными мгновениями спустя.
Всё больше крови скапливалось на поблёскивающем стекле, сияя в лучах заката.
Санни остановился и потрясённо уставился на мерзкое зрелище.
«Ты пожираешь… самого себя?»
Отражаясь в крови, его собственное лицо посмотрело на него с усмешкой.
«Некоторым из моих сосудов требуется пропитание, Санлесс. Некоторые также полезнее других… я немного поголодал в Полых Горах, так что пришлось идти на жертвы. Впрочем, теперь, когда у меня есть доступ к Улью, всё наладится. Ах, какое чудесное чувство! В моём новом доме оказалась бездонная кладовая».
Санни с отвращением посмотрел на своё отражение.
«Это же люди, ублюдок. Ты скармливаешь людей Кошмарным Существам».
Его отражение вежливо улыбнулось.
«Они были людьми. Теперь они — это я. То же самое касается и мерзостей. Однако, должен сказать, я не ожидал, что именно ты, из всех людей, будешь иметь такие предрассудки, Санлесс. В конце концов, твои силы куда более жуткие, чем мои… собственно, менее просвещённый человек посчитал бы их ужасающими».
Хмурясь, Санни отвёл взгляд от жуткого зрелища с выражением отвращения и продолжил путь.
Добравшись до Цитадели, он поднялся на самую вершину Красного Холма. Там его встретил всё с той же приятной улыбкой внушительного вида мужчина с тёмной кожей и безупречно рельефными мускулами.
Святой Дар из клана Махарана… или, скорее, то, что от него осталось.
Клан Махарана был стёрт с лица земли, а его Святой теперь стал аватаром Мордрета. Мордрет улыбался украденным лицом.
«Полагаю, теперь мы можем поговорить как следует».
Санни мрачно уставился на него и проговорил сквозь зубы: