Итак… требовалась иная жертва.
Санни какое-то время молчал, следуя указаниям Неф направлять Разрушитель Цепей к одной из четырёх титанических отметин когтей, избороздивших поверхность Гробницы Ариэля, а затем тихо сказал:
«Змей».
Святая была могущественна, но её сила не могла проявиться в полной мере без твёрдой почвы под ногами. Змей же преуспевал в адаптивности и универсальности. Змей, по сути, и был самой универсальностью. Конечно, Санни не располагал большим количеством могущественных фантомов, искусных в воздушном бою. Лучшими из них были фантомы самих Тёмных Бабочек, Обсидиановых Ос, Падшего Титана — Осквернённого Искателя Истины…
И Зимнего Зверя.
Зимнего Зверя, который повелевал ветрами и мог превратить целое царство в ледяной ад.
Титана, обладавшего невероятной силой, но бывшего слабым и уязвимым за ужасающим щитом его смертоносной метели.
«Замедли их, Змей».
Как только он произнёс эти слова, по палубе Разрушителя Цепей пронёсся холодный ветер, и в темноте заблестели снежинки.
Непостижимое, ужасное, жутко красивое существо, выкованное из чёрного льда, ненадолго показалось над палубой летающего корабля, его огромное тело расцвело мириадами лазурных цветов. Мгновение спустя оно скрылось из виду за вихрем снега, медленно поднимаясь в тёмное небо.
Санни прикусил губу, глядя, как Змей взмывает в тёмные глубины кошмарного роя. Температура быстро упала, и вой ветра изменил свой тон, став куда более леденящим и злобным. Леденящий ветер обрушился на отвратительных бабочек, покрывая их крылья тонким слоем льда. Вблизи сердца неестественной метели температура упала до нуля — абсолютного нуля, а не того произвольного значения, которое люди присвоили этому числу для удобства.
Змей отдалился от Санни и Теневых Бабочек, обрушив всю ярость нечестивых сил Зимнего Зверя на ужасающий рой. Почти мгновенно давление на защитников летающего корабля уменьшилось.
Тогда, в Антарктиде, во время финальной битвы осады Фалькон Скотта, Санни не смог даже приблизиться к сердцу метели, а значит, и к Зимнему Зверю. Но тогда он был всего лишь Вознесённым… Тёмные Бабочки были Великими Кошмарными Существами и могли использовать Волю эффективнее, чем Зимний Зверь.
Испорченного Титана можно было считать более сильным существом по сравнению с Великим Зверем или даже Монстром — но когда вокруг так много Зверей и Монстров, его неизбежно разорвут на части.
Санни лишь надеялся, что Змей останется цел достаточно долго, чтобы Разрушитель Цепей смог войти в пролом, и что он успеет отозвать свою верную Тень до того, как та будет полностью уничтожена.
Надеялся, что не опоздает…
На сердце у него было холодно и тяжело, но Санни запретил себе думать о том, что случится, если он опоздает.
У него не было роскоши сомневаться в своих решениях, и не было времени оглядываться назад.
«Мы почти на месте».
В суровой стуже ледяных ветров голос Неф прозвенел, словно чистый хрусталь.
«Приготовься!»
Позади них Змей и его убийственная метель подвергались атаке кошмарного роя. Мерзости были ослаблены и обессилены, поэтому лишь немногие из них всё ещё могли преследовать Разрушителя Цепей.
Впереди же, однако…
Теперь Санни чувствовал идеально ровную поверхность Гробницы Ариэля, разорванную и изуродованную. Огромное пространство чёрного камня бороздили четыре гигантских глубоких каньона — его целью были глубины третьего, откуда в мир выливался бесконечный поток Тёмных Бабочек.
И эти бабочки были не только бесчисленны, но и не тронуты метелью, будучи ужасающими и сильными.
«Держись крепче!»
Санни отправил поток эссенции в рунический круг Разрушителя Цепей и крепко схватился за вёсла, готовясь к последнему рывку.
Над ним два его воплощения приготовились нырнуть в самую плотную, самую непроходимую часть кошмарного роя.
…Когда они погрузились в уничтожающий поток Великих мерзостей, это было не похоже ни на что, что Санни испытывал раньше. Он знал, что будет плохо, но всё же недооценил жестокую невозможность этой задачи.
Теневые Бабочки были уничтожены почти мгновенно. Его воплощения продержались немного дольше, но через несколько мгновений и они были зверски искорёжены — одно едва успело вернуться на палубу Разрушителя Цепей, другое было настолько сильно повреждено, что не могло даже отступить.