Она помолчала секунду, а затем добавила со вздохом:
«Но и я не отделалась от этого совершенно невредимой».
Санни несколько раз моргнул.
Как это возможно? Её Способность [Тоска], несомненно, делала её невосприимчивой к Порче Пустоты. Это означало…
Его глаза немного расширились.
«Твоё Аспектное Наследие?»
Она кивнула.
«Да. Моё Аспектное Наследие разделено на семь ветвей, как ты знаешь. Я уже открыла три из них: Знание Огня, Знание Страсти и Знание Разрушения. Однако я также продвинулась в понимании четвертой».
Нефис помолчала секунду, а затем добавила ровным тоном:
«Знание Порчи».
Она глубоко вздохнула.
«Мне следовало знать, что чтение записей Ариэля о Пустоте оставит на мне след. Смертным… не дано знать Истинные Имена существ, обитающих в Пустоте. Созданий Хаоса».
Санни внимательно изучал её.
Хаос. Это было знакомое слово, которое люди использовали для описания всего, что казалось беспорядочным. Состояние хаоса. Но его первоначальное значение было совсем иным — оно просто означало отсутствие.
Пустоту.
Древние люди Царства Войны использовали его, чтобы описать первую вещь, которая когда-либо существовала — глубокую, тёмную, пустую бездну, которая была там прежде всего остального и поэтому была прародительницей всего сущего.
Итак, в этом смысле Хаос был синонимом Пустоты.
И Нефис читала руны, описывающие Пустоту — и ужасающих существ, обитающих в ней, — которые Демон Ужаса оставил на стенах Устья, чтобы избавиться от этого знания.
Санни предполагал, что она останется незатронутой из-за [Тоски], но, хотя Нефис и не заразилась Порчей, она также не отделалась невредимой.
Слабая, неуверенная улыбка искривила её губы.
«Я была высокомерна, Санни. Я не знала… но теперь знаю. Я вкусила плод четвертой ветви, Знание Порчи. И я также вкусила Знание Пустоты».
Её глаза дрогнули.
Санни немного помолчал, а затем осторожно спросил:
«Разве это не хорошо? Ты открыла четвёртое благословение своего Аспектного Наследия и добилась успехов в открытии пятого. Более того, наши враги — это существа Порчи. Теперь ты знаешь противника лучше, чем когда-либо прежде… и, следовательно, сможешь уничтожать врага лучше, чем когда-либо мог».
Особенно учитывая, что Нефис уже овладела Знанием Разрушения и к тому же обладала Благословением.
Нефис пошевелилась.
«Да. Да, ты прав. Конечно…»
Она помолчала некоторое время, глядя на озеро.
Санни мог ошибаться, но глаза Неф, казалось, выглядели… тревожными.
Наконец, не в силах больше молчать, он спросил:
«Итак, что же ты узнала о Порче? О Пустоте?»
Санни, естественно, был полон любопытства, даже если знал, что лучше не спрашивать… ведь именно из-за чрезмерного знания и зародилось Осквернение.
Нефис повернулась и взглянула на него, на её лице появилось выражение удивления.
Она изучала его несколько долгих мгновений, а затем медленно покачала головой.
«Нет, Санни. Я никогда не расскажу о том, что узнала в том туннеле. Никогда. Я ни с кем не поделюсь этим ужасным знанием… даже с тобой. До самого дня своей смерти».
Она замолчала, а затем тихо добавила:
«Как бы я хотела забыть».
Но она не могла. Даже Кэсси не смогла бы стереть эти воспоминания из её разума, потому что ей пришлось бы сначала пережить их самой — а в отличие от Нефис, Кэсси не была невосприимчива к Порче.
Эхо тихого голоса Нефис разнеслось над озером, словно шёпот, и где-то под его поверхностью руны, оставленные на воде Ариэлем, замерцали потусторонним светом.
Санни вздохнул.
По крайней мере, все трое пересекли границу, которая погубила Алетейю из Девяти и в конце концов превратила её в Первого Искателя.
Это уже было что-то.
Глава 2946
Нефис потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя. Однако в конце концов ей удалось вернуться к своему обычному состоянию… почти. Знание о Пустоте, казалось, слегка изменило её, сделав более сдержанной и зрелой.
Словно она и так не была слишком сдержанной и зрелой с самого подросткового возраста. Санни вздохнул.
«Итак, сколько именно времени прошло с тех пор, как ты прошла через туннель? Твои волосы кажутся длиннее».
Ананке кивнула.
«Да, миледи. По крайней мере, на несколько сантиметров».
Нефис пожала плечами.
«Я не уверена».
Она помедлила мгновение, а затем добавила:
«Тот факт, что я невосприимчива к Порче… не означает, что я могу легко её выносить. Кажется, я была не совсем в здравом уме, когда добралась до озера. Я даже не помню, как затопила всё вокруг себя пламенем, пока камень подо мной не расплавился, и не думаю, что вообще ощущала боль от использования своего Аспекта столь безудержным образом. Всё, что я знаю — мне потребовалось… много времени, чтобы прийти в себя».