«Открой глаза, старик».
Джест стиснул зубы, понимая, что на этот раз ему не сбежать.
Он помедлил несколько мгновений, а затем вздохнул и открыл глаза, глядя на человека, стоящего перед ним с кривой улыбкой.
«Я думал, ты уже на пути в могилу, парень. Но ты выглядишь вполне здоровым».
Мордрет слабо улыбнулся.
«Это и есть моя могила».
Он недолго изучал стоящего перед ним старика, а затем ровно произнёс:
«Джест из клана Дагонет… если память мне не изменяет, именно ты руководил засадой, уничтожившей моё изначальное тело. Это произошло прямо здесь, на Скованных Островах, много лет назад. И вот мы здесь. Забавно, как иногда складывается жизнь, не так ли?»
Джест несколько мгновений смотрел на него, после чего усмехнулся.
«Жизнь — действительно забавная штука. Она — одна большая, ужасная шутка… худшая шутка из всех».
Он сделал паузу, прежде чем спросить спокойным тоном:
«Я не выберусь отсюда живым, верно?»
Мордрет некоторое время изучал его.
Наконец, он сказал:
«Ты был очень предан моей семье, не так ли? Несомненно, такая преданность должна быть вознаграждена. Ах, но вот слепая преданность… слепая преданность — это совсем другое. Хотя преданность — это добродетель, слепая преданность — это просто мерзость».
Джест некоторое время смотрел на него, затем слегка приподнял подбородок.
Он глубоко вдохнул и посмотрел Мордрету в глаза.
«Она не была слепой».
Мордрет встретил его взгляд, его выражение лица стало холодным и безжалостным.
Затем он сделал шаг вперёд, похлопал Джеста по плечу и прошёл мимо него.
«Поживи ещё немного, старик».
Когда Мордрет сделал несколько шагов мимо него, Джест моргнул, а затем спросил ошеломлённым тоном:
«Ты… не собираешься убивать меня? Но почему?»
Мордрет пожал плечами.
«Может быть, у меня просто нет причин убивать тебя».
Он остановился, оглянулся и улыбнулся.
«Возможно, я хочу навестить твою семью и заставить тебя сначала увидеть их смерть. Кто знает?»
Джест стиснул зубы.
«Будь ты проклят!»
Мордрет пожал плечами, затем поднял глаза и заговорил в пустоту, словно обращаясь к кому-то.
«Кассия? Это ты?»
Он помолчал мгновение, а затем спросил тихим, печальным голосом:
«Ты знала, не так ли? О том, что должно было с нами случиться».
Мордрет усмехнулся и покачал головой.
«Почему-то мне трудно в это поверить. Но, полагаю, это не имеет значения. Что ты от меня хочешь?»
Он оставался неподвижным мгновение, а затем вздохнул.
«Ах, это? Ну что ж… конечно. Это можно устроить».
Трупы солдат Домена Голода усеивали пол вокруг него, окружённые лужами крови.
Мордрет исчез в отражениях, сверкающих на поверхности этих луж.
…Мгновение спустя он появился на палубе Ночного Сада. Живой корпус титанического корабля попытался поглотить его, но он просто нагнулся и опустил кулак на древнее дерево, разбив его.
Защитники Великой Цитадели — Святые Ночи, их патриарх и остальные — к тому времени уже окружили его.
Глядя на них, Мордрет приятно улыбнулся.
«Добрый день, господа. Думаю, я должен вас предупредить — есть два способа разрешить эту ситуацию. Приятный и отвратительный. Выбор за вами. Я соглашусь на первый… ах, но я очень надеюсь, что вы выберете второй…»
Глава 2989
Кэсси связалась с Мордретом.
Она связалась и с остальными.
В просторных коридорах Замка Миража ожесточённое сражение становилось всё опаснее, поскольку всё больше защитников хлынуло внутрь с внешних стен. Эффи и другие освобождённые ею узники Порождения Снов неуклонно прокладывали путь к тронному залу, где находился Шлюз.
Их было около сотни. Большинство были опытными воинами и ветеранами Заклятия Кошмара… но все они также находились в плачевном состоянии, выдержав недели или даже месяцы физических и ментальных пыток. Казалось, что их измождённые тела двигала не физическая сила, а чистая сила воли, и как только их сила воли достигнет предела, они падут.
Они могли продолжать сражаться только потому, что Святая Афина, Воспитанная Волками, вела их в бой.
В этом утверждении не было ничего возвышенного или поэтичного — она просто использовала свою Вознесённую Способность, чтобы наделить их тела подобием её собственной ужасающей силы.
Она также была остриём копья, служа одновременно щитом их продвижения и кувалдой, пробивающей наспех собранные боевые построения врага.
Эффи наконец восстановила достаточно эссенции, чтобы призвать свои доспехи, которые покрыли её тело, словно второй слой кожи. Она не могла эффективно использовать копьё одной рукой, как и не могла удерживать щит… но её Божественное копьё всё равно пропало, а её тело было крепче любого щита.