Однако их Цитадель в какой-то момент пала, оставив его единственным выжившим. Если вдуматься, Санни не знал подробностей о том, как был уничтожен культ Пути Вознесения… однако причин могло быть всего несколько.
Наиболее вероятная причина — их поселение было захлёстнуто Кошмарными Существами. В качестве альтернативы… оно могло быть атаковано людьми. Ведь это установленный факт, что режим Кланов Наследия родился в кровопролитии, уничтожив все остальные восходящие фракции.
Неужели они действительно оставили бы маргинальную группу вроде культа Пути Вознесения развиваться в мире?
Глядя сейчас на Астериона, Санни понял, что существует и третья возможная причина.
Порождение Снов мог сам перебить фанатиков Пути Вознесения. Учитывая его нынешние наклонности, нетрудно представить, что он начал свой путь бесконечного роста с пожирания самой группы, которая его создала.
Узнать это было невозможно.
Санни медленно выдохнул.
«Он хочет пожрать Пустоту, да».
Короче говоря, Астерион хотел стать равным семи великим богам и объявить войну Пустоте, а также ужасным созданиям, обитающим в ней… точно так же, как когда-то сделали боги. В каком-то смысле эта война никогда не заканчивалась, поэтому он продолжил с того места, где остановились боги, — унаследовав их наследие.
Неудивительно, что он охотится за всеми Божественными Родословными.
«Нет, стоп…»
Санни внезапно почувствовал лёгкое головокружение.
Боги не смогли уничтожить Пустоту, им удалось лишь запечатать её. Но Астерион не собирался преуспевать там, где они потерпели неудачу, полагаясь на ту же самую силу.
Он планировал обрести силу, превосходящую даже ту, которой обладали боги.
Ведь если ему действительно удастся поглотить всех людей, всех Кошмарных Существ, Забытого Бога и само существование…
Тогда он не просто станет равным одному из великих богов. Нет, он объединит то, что было разрознено всё это время… он будет содержать в себе всё Пламя Желания.
Таким образом, он станет таким же могущественным, как источник, породивший богов, а не сами боги.
С этой точки зрения его амбиция поглотить Пустоту внезапно перестала казаться столь безосновательной.
«Но он всё равно безумен».
Санни вздохнул.
«Ты полагаешь, что мы просто позволим тебе сожрать человечество?»
Астерион повернулся и несколько мгновений молча смотрел на Санни.
Затем он спросил приятным тоном:
«Но что вы вообще можете сделать?»
Тихо усмехнувшись, Астерион отвёл взгляд.
«Вы не можете убить меня. Вы не можете и запечатать меня — потому что для этого вам придётся пожертвовать жизнями тех самых людей, которых вы хотите защитить от меня».
Звук его голоса был почти сострадательным.
«Ах, но, конечно, пощадив их, вы лишь гарантируете, что в конечном итоге я получу их всех. Боже милостивый, я вам и вправду не завидую. Вы действительно в затруднительном положении… почти как будто вся эта ситуация была кем-то подстроена, чтобы поймать вас в ловушку».
Он усмехнулся.
Глядя на эту усмешку, Нефис спокойным тоном произнесла:
«Ты действительно думаешь, что я не сожгу весь Бастион дотла, лишь бы покончить с тобой?»
Холодная улыбка исказила и её губы.
«Ты думаешь, что где-то в этом мире — во всех мирах — есть место, куда ты сможешь сбежать, если я решу найти тебя?»
Она посмотрела на него прямо.
«Ну давай, провоцируй меня дальше. Посмотрим, кто из нас готов идти на жертвы».
Астерион молчал… и Санни тоже.
В тот момент даже он не знал наверняка, блефует ли она.
В конце концов Нефис покачала головой.
«Твоё высокомерие впечатляет, но твой блеф слишком прост, чтобы на него купиться. Ты пытаешься сделать вид, что ни один из нас не представляет для тебя угрозы, и всё же ты годами только и делал, что прятался. Ты даже почувствовал такую угрозу со стороны обычной Святой, что устроил на неё засаду — и что самое жалкое, твоя засада провалилась».
Она нахмурилась.
«Бесчисленное множество людей уже заражены идеей о тебе, но скольких ты смог сделать своими рабами? Домен Человечества стоит крепко, и все твои попытки поколебать его основы ни к чему не привели. Да, ты коварен и опасен… но ты действительно думаешь, что сможешь победить?»
Санни тоже не был уверен, был ли этот уверенный тон блефом.
Астерион долго молча смотрел на неё, словно не желая отвечать.