Члены персонала замолчали.
Кэсси опустила голову и тихо вздохнула.
Затем она восстановила выражение лица и снова повернулась к ним.
«Старшие члены Хранителей Огня скоро прибудут, чтобы провести передачу дел и начать вывод объекта из эксплуатации. Через несколько дней вы будете свободны вернуться к своим семьям и насладиться плодами своей службы. Это всё. Поздравляю!»
Она больше не могла лечить порабощённых. Так что содержать карантинный центр больше не было смысла. Она также не могла лечить членов персонала, поэтому их нужно было отделить от рабов.
Поэтому она собиралась освободить их.
Это было самое меньшее, что она могла сделать после всех их жертв ради Домена Человечества.
Кэсси бросила последний взгляд на производственный цех — конечно же, глазами собравшихся там Пробуждённых.
Ютра был сбит с толку и озадачен. Стоявший рядом с ним Тегрот казался взволнованным. Рит хмурилась, как обычно.
Она больше ничего не могла сделать для этих людей.
Неловко поклонившись, Кэсси повернулась и ушла, прежде чем они успели задать вопросы.
Она также деактивировала оставленные на них метки, оставшись в одиночестве в темноте.
Без сопровождения и без поддержки Тихой Танцовщицы, Кэсси пришлось ориентироваться в карантинном центре по памяти. К счастью, её память была абсолютной, так что она прекрасно помнила каждую трещину на его стенах.
Однако вещи всегда менялись в месте, где так много людей работало и жило, поэтому она всё равно наткнулась на пути на несколько предметов — или, скорее, наткнулась бы, если бы не её Пробуждённая Способность, позволявшая ей пережить эти спотыкания до того, как они происходили на самом деле.
Проводя пальцами по цементной стене, Кэсси прошла по тёмному коридору и остановилась перед толстой дверью палаты для пациентов.
Она ещё некоторое время стояла перед этой дверью, собираясь с духом.
Наконец, она отпёрла дверь и вошла внутрь.
Из темноты донёсся знакомый голос:
«Кэсси! Слава богам! Я так волновалась!»
На её лице появилась слабая улыбка.
«Со мной всё в порядке, мама. Тебе больше не о чем волноваться».
Впервые за долгое время Кэсси почувствовала себя счастливой от того, что она слепа. Она не думала, что смогла бы выдержать вид своей матери, запертой в пустой камере.
Она помедлила несколько мгновений, после чего сказала бодрым тоном:
«Папа тоже в порядке. Ох… нашему дому, возможно, потребуется серьёзный ремонт».
Её мать подавила вздох.
«Дому? Кому сейчас есть дело до нашего дома, Кэсси?»
Кэсси медленно подошла к койке и села рядом с матерью, ощущая знакомый, успокаивающий запах.
«Верно. Кому есть дело? Я достаточно богата, чтобы купить нам новый дом. На самом деле, почему бы нам всем не поселиться в Бастионе? Что думаешь, мама?»
Её мать, однако, не ответила.
Вместо этого её встретила тревожная тишина.
Затем дрожащая рука протянулась и стянула с неё повязку.
Кэсси услышала рыдание.
«Ох, детка…»
Она поймала руку матери, сжимая её в надежде поделиться теплом.
Она не знала, кому из них двоих нужнее тепло.
«Как это могло случиться?»
Голос её матери был полон боли и муки.
«Это ужасно…»
Кэсси слабо улыбнулась.
Её мама, тем временем, продолжала тем же полным боли, любящим тоном:
«Это ужасно, что у тебя всё ещё остался второй глаз, Кэсси. Разве лорд Астерион не хотел забрать его? Ох, детка, тебе следовало позволить ему вырвать его…»
Губы Кэсси задрожали.
Она некоторое время молчала, держа руку матери.
В конце концов она спросила:
«Мне следовало позволить ему?»
Её мать ответила суровым голосом:
«Конечно! Лорд Астерион желает тебе только лучшего! Ради всех нас».
Кэсси улыбнулась.
«Хорошо».
Она сделала глубокий вдох, затем слегка повернулась, устремив невидящий взгляд своего оставшегося глаза на мать.
«Больше не волнуйся, мама. Всё будет хорошо».
Когда свет в камере, казалось, померк, прекрасные синие глубины её глаза изменились.
И когда её мать застыла, впав в транс, по щеке Кэсси покатились красные капли.
Они упали на пол и растеклись по пыли, исчезая.
Но вскоре упали новые капли.
Глава 2769
Кэсси вырвалась из воспоминания, задыхаясь, хотя у неё, казалось, не было лёгких.