Со стоном Кэсси стёрла свои воспоминания и заменила их идентичными копиями, из которых были удалены искажённые мысли и эмоции. Мерзкие следы манипуляций Астериона исчезли из её разума, но осознание того, что произошло, осталось.
Всё это заняло не более нескольких секунд.
Игнорируя боль в израненном теле, она заставила себя подняться на ноги.
В то время как вихрь эфирных искр вырвался из её тела, Кэсси пошатываясь направилась к двери. Здесь не было никого, кто мог бы поделиться с ней зрением, но планировку своего дома она знала наизусть — поэтому могла двигаться быстро, даже ничего не видя.
Ей потребовалось всего несколько секунд, чтобы добраться до лестницы и спуститься на первый этаж. Её мама была в гостиной, читала книгу — Кэсси на мгновение заколебалась, затем активировала метку, которую она на неё наложила, и наконец увидела себя.
«Ох… я выгляжу неважно».
Её одежда была порвана, окровавлена и покрыта копотью. Волосы растрёпаны, а голубые глаза лихорадочно блестели на бледном лице.
Мама подняла глаза и замерла, книга упала на пол.
«К-Кэсси? Детка, что случилось⁈»
Прежде чем Кэсси успела ответить, её мама соскочила с дивана и подбежала к ней, протягивая руки, чтобы поддержать её. Однако это произвело обратный эффект, потому что Кэсси пошатнулась и упала на колени.
«Я… в порядке, мама. Это выглядит хуже, чем есть на самом деле. Но мы разберёмся с этим позже… прямо сейчас нам нужно уходить».
Она могла видеть только своё собственное лицо, а не лицо матери. И всё же она знала, что теперь оно было окрашено беспокойством и растерянностью.
«Что значит — разберёмся позже⁈ Кассия! Ты же истекаешь кровью!»
Кэсси подавила стон и схватила маму за руки.
«Я Святая, мама. Небольшое кровотечение меня не убьёт. Но. Мы должны уйти. Сейчас же!»
Наступило короткое мгновение оглушённого молчания. Мама, должно быть, была ошеломлена, ведь Кэсси впервые говорила с ней таким тоном.
«Уйти? Зачем?»
По крайней мере, она, казалось, поняла, насколько серьёзна ситуация. Кэсси издала сдавленный вздох.
«Я… столкнулась с небольшой проблемой. Так что, просто для безопасности, нам нужно будет доставить тебя в Бастион на некоторое время. Я скоро отправлю кого-нибудь и за папой. Просто… считай это отпуском, мама. Пожалуйста?»
Она уже думала о логистике переезда родителей в Царство Снов. Их образ жизни будет нарушен, но Бастион уже не дикий пограничный город. Он довольно развит, хотя и не достиг уровня ОССК. Теперь там даже есть электричество, так что… оставалось надеяться, что шок будет не слишком сильным.
«Кэсси, не говори глупостей. Зачем нам покидать наш дом?»
Нежный тон её мамы совершенно не соответствовал тому, насколько ужасно Кэсси чувствовала себя внутри. Это был тот же тон, которым она объясняла своей дочери элементарные вещи в детстве, а позже — капризному подростку, закатывающему истерику.
«Я куплю нам новый дом, мама! Но нам нужно идти сейчас!»
Её мама вздохнула.
«Нет, я просто хочу сказать… нет причин уходить».
Она потрепала Кэсси по голове и наклонилась, чтобы обнять её, мягко сказав:
«Лорд Астерион желает только добра».
Кэсси замерла.
«Н-нет…»
Страх, который она испытала в клубе, внезапно показался ей ничем по сравнению с ужасом, который внезапно захлестнул её сердце.
Он полностью парализовал её мысли, заставляя снова почувствовать себя беспомощным ребёнком.
«Ч-что?»
Её мама похлопала её по спине.
«Я знаю, у тебя твёрдые убеждения, но он прекрасный человек. Разве не будет замечательно, если мы все сможем поладить? Лорд Астерион тоже этого хочет».
Её объятия были мягкими, но твёрдыми. На самом деле, сейчас это ощущалось скорее как захват, чем как объятие.
Кэсси не была уверена, что сможет вырваться из него, не сломав ей руки.
Она подняла дрожащую руку и провела пальцами по лицу матери. На знакомых губах играла мягкая, знакомая улыбка, ничем не отличавшаяся от бесчисленных улыбок, которые она видела и чувствовала раньше.
Всё ещё улыбаясь, её мать вонзила пальцы в кровоточащие раны Кэсси, разрывая их.
«Тшшш, детка… тшшшш. Это для твоего же блага, милая. Просто потерпи немного. Скоро всё закончится…»
Её мама улыбалась, словно искренне веря, что делает всё возможное, чтобы помочь дочери. Её тон был мягким и добрым, ничем не отличавшимся от того, как она утешала Кэсси десятилетия назад, когда та была маленьким ребёнком.