— Значит, ты и есть та самая бессовестная девчонка, — бурчит он, — та лгунья, которая распространяет все эти занятные истории? Ведь так? — Поскольку Бернадетта не отвечает, его голос опять начинает сотрясать стены: — Говори! Раскрой же наконец рот! Чего ты от меня хочешь?
— Дама мне сказала… — начинает девочка, давясь слезами.
Священник сразу же обрывает ее:
— Что это значит? Какая дама?
— Дама из грота Массабьель…
— Мне она не известна.
— Та красивая дама, что всегда ко мне приходит…
— Эта дама из Лурда? Ты ее знаешь?
— Нет, дама не из Лурда. Я ее совсем не знаю.
— Ты спрашивала, как ее зовут?
— О да, я спрашивала даму, как ее зовут. Но она не ответила…
— Может быть, дама глухонемая?
— Нет, не глухонемая. Она со мной говорит.
— И о чем она с тобой говорит?
Бернадетта пользуется удобным поворотом разговора и быстро выпаливает:
— Сегодня дама сказала: «Пойдите, пожалуйста, к вашим священнослужителям и скажите им, что здесь надо построить часовню…»
Бернадетта облегченно вздыхает. Слава Всевышнему, слова произнесены. Поручение выполнено.
Перамаль придвигает стул и удобно усаживается перед запуганной девочкой, испепеляя ее своим горящим взором.
— Священнослужители? Что это значит? Твоя дама, как видно, закоренелая язычница. Священнослужители могут быть и у каннибалов. У нас, у католиков, есть духовенство, и каждое духовное лицо имеет свой сан…
— Но дама сказала «священнослужители», — настаивает Бернадетта, у которой чуть полегчало на душе, после того как она передала декану послание дамы.
— Ты обратилась не по адресу, — вновь мечет громы и молнии Перамаль. — Кстати, у тебя есть деньги на строительство часовни?
— О нет, у меня нет денег.
— Тогда передай своей даме, пусть она сначала раздобудет деньги для часовни. Сделаешь?
— Конечно, месье кюре, я передам, — быстро и вполне серьезно заявляет Бернадетта. Перамаль недоверчиво смотрит на нее, удивляясь наивности этого создания.
— Что за вздор! — кричит он и вскакивает со стула. — Передай своей даме следующее: лурдский декан не привык получать задания от незнакомых дам, которые к тому же не называют своего имени. Далее, лурдский декан находит не очень-то приличным, что босые дамы лазают по скалам и посылают с поручениями несовершеннолетних. И, под конец, лурдский декан покорнейше просит даму раз и навсегда оставить его в покое. Это все. Ты поняла?
— О да, я все передам, — с готовностью кивает Бернадетта, для которой важна лишь сама дама, а не отношения дамы с миром. Девочка едва ли не в полуобморочном состоянии от волнения и страха и совершенно не сознает, какой оскорбительный отказ получает Очаровательная от декана Перамаля. А тот в заключение указывает пальцем на большую метлу, которую забыла в углу его экономка.
— Видишь эту метлу, малышка? — снова грохочет он, доводя грозу до апогея. — Этой метлой я тебя собственноручно вымету из храма, если ты еще раз осмелишься мне докучать!
Но такие громы Бернадетте уже не по силам. Разрыдавшись, она пускается бежать.
У декана Перамаля сегодня выдался плохой день. При ближайшем рассмотрении оказалось, что шесть самых старых розовых кустов погибли. Поистине невосполнимая потеря! Сколько лет заботы и ухода требует жалкий черенок, прежде чем из него разовьется гибкий и пышный куст, который с апреля по ноябрь будет непрерывно выбрасывать бутоны и покрываться изумительными благоуханными цветами. Но не только эти шесть розовых кустов, годных теперь разве что на растопку, огорчают Декана. Не меньше угнетает его собственное поведение в присутствии Бернадетты Субиру. Хорошо, пусть она маленькая лгунья или, вернее сказать, пассивный инструмент в руках Милле и других честолюбивых дам. Это еще не причина, чтобы лурдский декан изображал из себя перед этим слабым запуганным ребенком заправского людоеда или черта из театра марионеток. Когда малышка с рыданиями бросилась бежать, он бы охотно вернул ее, погладил бы по голове, подарил бы картинку с изображением святого, ведь Бернадетта принадлежит к беднейшим из бедных. О Господи, мягкость, конечно, не лучший способ обращения с этим народом. Он знает, он усвоил это до самых глубин своей скрытной души.
Но есть и другие мысли, которые не дают ему покоя. После визита этой уличной девчонки его уверенность в собственной правоте несколько поколебалась. Благодаря посредничеству Бернадетты даме удалось угнездиться в его мозгу. Он невольно думает о многочисленных явлениях Девы в прошлые времена. Чем, например, Англез из Сагазана, эта гасконская пастушка, которую Царица Небесная много раз удостаивала своими посещениями, — чем она так уж отличается от Бернадетты Субиру? А Катерина Лабурде из Сен-Северена? А Мелани, девчушка из Ла-Салет, хуторка, затерянного высоко в Альпах в провинции Дофине? Церковь признала достоверность явлений в Ла-Салет и оценила их целительное воздействие на веру. И самое поразительное, что эти явления случились не так уже давно. Всего двадцать один или двадцать два года назад. Таким образом, имеется не только прецедент Розы Тамизье, но и вызывающий куда большее беспокойство прецедент Мелани из Ла-Салет? Епископ требует соблюдать величайшую осторожность. Мари Доминик Перамаль решает дополнить завтрашнюю утреннюю мессу особой молитвой: «О раскрытии истины в гроте Массабьель», а в душе он злится на маленькую колдунью, которая действует такими бесхитростными методами и несколькими словами сумела заставить его, несгибаемого, отойти от первоначально твердых позиций.