— У тебя сегодня есть уроки пианино с твоей мамой? — спросил он, немного закусив губу.
— Мы с ней договаривались об уроке во время нашей с тобой совместной работы, — кивнула Мэделина.
— Столько всего за один день! — простонал он. — Наверное, тебе стоит отдохнуть перед завтрашним днём?
— Я предпочитаю больше работать, — с нежной улыбкой ответила девушка. — Это меня вовсе не пугает, а даже больше мотивирует.
Дома их ждала Мэгги Флорес, мама Мэделины, которая хлопотно возилась на кухне. При входе в дом сразу был заметен типичный американский интерьер: пластиковый комодик в разноцветные цветочки, несметное количество деревянных ниш, шкафов, арок и фальш-перегородок. Мебель, а именно, небольшие диваны и кресла, располагались по центру комнат. Стены были убраны в многочисленные полки, на которых были расставлены различные сувениры: множество мельчайших декоративных дешёвых предметов. Совершенно отсутствовали стенные перегородки. Хоть дом был полон специфическими декоративными элементами, составляющие изнутри дома были из дешёвых материалов, заменённые натуральными.
Миссис Флорес поприветствовала дочь и Ника с восхитительно белоснежной улыбкой. Её карие глаза освещали изнутри мягким живым сиянием, теплотой, добротой и искренностью. Морщин было у неё немного, и лицо у неё выглядело очень даже свежим для женщины в пятьдесят лет. Лишь когда она улыбалась глубокие морщины появлялись вокруг тёмных глаз. Её итальянские и английские корни объяснили красоту симметричного и красивого лица. А высокий рост с длинными руками и пальцами со стройными ногами обращали особого внимания. У неё были седовато-чёрные прямые волосы, которые она укладывала в аккуратное каре. Это была простая женщина с чувствительной и эмоциональной душой. Семья Мэгги эмигрировала из Нидерландов в её юности в Соединённые Штаты. С тех пор она только преподаёт уроки пианино и играет сама для своей дочери, мечтая сделать из неё настоящую гениальную пианистку. В одежде она была достаточно скромна: предпочитала простые обычные платья в тёмных цветах.
Мэгги приготовила для всей семьи на ужин итальянские спагетти с соусом Сугга и салат капрезе, а на десерт торт на пивном тесте с начинкой из сгущёнки и грецких орехов. Да-да, мама Мэделины, любила вкусно готовить и кормить свою семью было ей в удовольствие. Особенно в дни благодарения ей удавалось иногда даже одной приготовить столько всего, что такой еды могло хватить на две недели вперёд!
— Ох уж эти мамы, заботливые и невероятно беспокойные, — раздался весёлый голос отца Мэделины, спускающего со второго этажа.
— Добрый день, мистер Флорес, — почтительно поздоровался Ник. — Рад вас сегодня увидеть!
Отец, держа в одной руке газету «США Сегодня», подправил очки и пожал другой — руку молодому юноше.
Мистер Флорес был глубоко уважительным человеком особенно в местной больнице района Хайленд парка. Он работал акушером. Однако дома он был достаточно простым и обычном отцом. Две главные его страсти были карьера и его семья. Ростом он был высок. А его красивое стройное, но худощавое телосложение и прямой стан вызывали восторг. Однако его высокая залысина на лбу со слегка седыми волосами на кончиках ярко указывала его пожилой возраст. Его тонкие и заострённые черты лица выражали аристократичность, а его самоконтроль и неординарная эрудиция показывали его безграничный ум, вызывая симпатию и уважение. Карие глаза, полные добротой и простотой делали его взгляд добродушным, как у самого честного и правильного человека. Прямые и чёрные волосы Патрика, как и у его супруги, сильно отличали их от дочери, Мэделины, которая в детстве часто спрашивала: в кого у неё такой почти белый цвет волос?
— Ну, как было сегодня выступление? — поинтересовалась миссис Флорес. — Готовы к завтрашнему кастингу?
— Выступление было, как всегда, на блеск! — улыбаясь во весь рост, ответил Ник.
— Ребятки, вы, должно быть, сильно проголодались, — предположила мама Мэделины. — Вам обязательно надо поесть, — настойчиво отметила она.
За столом царила настоящая тишина, и только изредка скрипение вилки или ножа на тарелках были слышны. За ужином стояло напряжение. Вдруг Мэделина стала неуместно и странно гримасничать, но никто на это не обращал внимания: Ник и родители ужились с таким необычным поведением девушки. Она недолго подёргивала левым глазом вверх, поднимая голову, — и продолжила дальше ужинать.