Меня окружил взволнованный ропот, и я поняла, что Криду удалось еще больше наэлектризовать атмосферу. Он ни разу ни словом не обмолвился об этом при мне за все время, что мы были знакомы. Мне стало очень интересно, что он причастен к такому тонкому делу, как изготовление вина. Мне нравится, когда у моих знакомых открываются неожиданные таланты.
Я попыталась подойти поближе к подиуму, но толпа гостей ринулась к столам, и меня увлекли в сторону одного из них. Я могла бы применить свою сверхъестественную силу и протолкаться к подиуму, но оно того не стоило. Я не сомневалась в том, что через десять минут Крид еще будет здесь. Поэтому я позволила, чтобы меня подтолкнули к бокалу «шабли». Дона оказалась у противоположного стола, где подали «бургундское».
Два года ожидания, два года чтения отрывочных новостей, поиска хоть каких-то новых сведений в Интернете — и вот наконец мечта сбылась. Я подняла бокал и глубоко вдохнула носом и ртом. Сначала вкус коснулся моего языка — ваниль, шоколад и едва заметный клубничный тон. Но носом я уловила розы и апельсины. Как удивительно.
Бокал словно бы самой собой накренился, и нежная прохладная влага наполнила мой рот. Вкус разлился по языку, и он был наполнен всеми ароматами, которые я успела почувствовать, но к ним добавился привкус дыни канталупы и свежего белого винограда.
И тут я услышала, как женщина рядом со мной, держащая бокал этого самого вина, говорит:
— Вишни с древесным полутоном. Вино крепче, чем я ожидала. Оно более вяжущее, но это идеально. Обычно мне белые вина не нравятся.
Я уставилась на свой бокал, сдвинув брови. Мы пили одно и то же вино? Я прикоснулась к плечу женщины, и она обернулась. Она не уставилась на мои клыки — значит, я их удачно спрятала.
— Простите, я случайно подслушала, но в моем вине я уловила вкус шоколада и клубники. — Я подняла бокал. — Может быть, поменяемся? Просто интересно — может быть, у нас разные варианты вина?
Изящно подкрашенные брови женщины чуточку приподнялись.
— Интересно. Я люблю клубнику. Хорошо.
Мы обменялись бокалами, и я повернула бокал к себе тем краешком, на котором не было отпечатка помады. Женщина вздернула брови. Я тоже.
— Все равно — вкус вишен и дерева.
— Нет, клубники и шоколада.
Остальные гости тоже принялись обмениваться бокалами. Довольно скоро все были обескуражены.
А потом на фоне всеобщего гомона мы расслышали голос Крида, и все повернулись к его горящим золотистым глазам.
— И вот теперь вы узнали, что особенного в «Ведьмином зелье». Оно не похоже ни на какое другое вино, потому что оно уникально для каждого, кто его пьет. Каждый почувствует свой любимый вкус. Больше никогда вам не удастся подать к столу плохое вино. Пино «нуар» будет хорошо к креветкам и стейку. А «шабли»? Великолепно — к палтусу и гамбургерам. Всегда к месту… точно так же, как магия.
С этими словами Крид щелкнул пальцами, и они с сестрами исчезли. Гостям хотелось аплодировать, но это трудно, когда держишь бокал. Ограничились тем, что постучали по стеклу бокала кончиками ногтей.
Через пару мгновений сестры торжественно вошли в дегустационный зал через дальние двери, проем которых заполнился дождем блесток и огоньков. Они улыбнулись и разошлись в разные стороны по залу, чтобы приветствовать гостей. Как мне ни хотелось поговорить с ними об искусстве виноделия, я мечтала обсудить это с Кридом. Как ему удалось присовокупить магию к виноделию? Сама я колдовать не умела, но поговорить об этом любила. Бруно зачаровал меня разговорами о технике применения заклинаний.
А еще… ну да, мне хотелось поблагодарить Крида за билеты.
Но я его не видела. Я обводила взглядом море оживленно беседующих людей, но на глаза мне никак не попадались знакомые золотистые кудряшки. Наконец мне удалось подняться на подиум, и я снова окинула взглядом толпу. Но народ успел рассосаться по разным комнатам. Скорее всего, я просто упустила Крида. Я нашла взглядом Эмму и Ремира. Они чокнулись бокалами с красным вином. Дона проталкивалась через толпу к звезде латиноамериканских мыльных сериалов Фернандо Гомесу.
— Мисс? Могу я вам чем-то помочь?
Я обернулась и увидела молодого человека с наушником и клипбордом. Я поняла, что выгляжу довольно глупо, стоя на сцене.
— Простите. Я ищу Джона Крида. Он мой… — А кстати, кто он мне? Сотрудник? Друг? Коллега? Всего понемногу — но при этом не то, не другое и не третье. Но, черт побери, какая разница? — Друг, — выпалила я. — Вы его видели?