Спустя пару минут коньки были готовы. Я поднялась, обернулась на ауротелиса в ожидании указаний. Он улыбнулся.
- Катайся сегодня, как хочешь. Мой тебе подарок на последнюю тренировку в качестве ауроджиндефа.
Я бы прыгнула от радости, жаль в коньках, стоя на земле, это сделать трудно.
- Обожаю тебя, ауротелис.
Мы двинулись на озеро, создавая своими же коньками лёд. Была одна прекрасная вещь у ледяных коньков: если ехать по воде, то под ногами самостоятельно появляется лёд, и не надо следить, куда его направить.
Обычно ауротелис давал целую программу что и как делать, если тренировка была на коньках. Такие сами по себе бывали редко потому, что катание на коньках было в программе у другого ауротелиса Венции. Но Тендеза прекрасно понимал, что, сочетая приятное с полезным, результат получиться куда лучше. А приятного тут было хоть отбавляй.
Я начала кататься с раннего детства. Хорошо мне впечатался в память тот день, когда наставница Веннисуэлла и её дочь Венция помогали мне подбирать дополнительное занятие на гибкость.
- Вот, держи. Тут собраны все возможные дополнительные занятия, - телисы всучили мне огромную книгу с множеством изображений и расписанной техникой каждого вида активности. Тогда, в свои три, читать я умела, но плоховато и медленно. Венция помогала мне как и читать, так и перелистывать огромные страницы. Поначалу я пробежалась по главам, «Гимнастика: как она влияет на тело», «Виды гимнастики», «Художественная гимнастика». На других были какие-то замудрённые названия, что я сказала Венции даже не помогать их читать.
- Всё как-будто не то. Наставница разреши я просто возьму дополнительный час с ауротелисом Тендезой. - Тогда мне казалось это лучшим вариантом.
- Нет, - ровное и хладнокровное. Наставница имела особенную привычку: говоря привычный ответ «Нет», при разной интонации он мог означать совсем другое. Но в этот раз был прямой отказ, за нарушение которого мне серьёзно бы попало. И я продолжила искать дальше.
Начала листать страницы. Одна за другой, на которых изображались разные гибкие и красивые девушки и юноши. Я знала: это все – мои многочисленные предки. Многих я видела в книге рода Саламандров. Орсола, телис истории, между делом, бывало, вставляла некоторые факты. «Заклинания с каждым годом и каждым новым джиндефом развивались. Вот Эоро Саламандра, он придумал спортивную гимнастику, - говорила она. - С помощью практики он научился колдовать не только руками, но и ногами. Тогда телисы выяснили ещё одну особенность тела потомка Саламандр: излучать стихийный свет можно абсолютно любыми конечностями». Тогда, помню, я в очередной раз с нежностью погладила собственное предплечье, на котором было родимое пятно ползущей вверх, как ни странно, Саламандры. Оно, как мне тоже рассказывала Орсола, было нашим даром Великой Матерью за преданность ей после людского восстания, а первым его обладателем стал Нил Саламандра, живший в те времена. Он же придумал упражнение, развивавшее сразу и магию, и тело. Магические Защу-ветви.
Его мне Веннисуэлла предложила в первую очередь, но я сразу отвергла её предложение. Держась на магических ветвях, переворачиваясь с ног на голову и носками ног вести за собой всякие рисунки звучало красиво. Но в нём руки служили лишь опорой. Я искала такое, в котором руки служили главным объектом красоты. Веннисуэлла, попытавшись закатить глаза, сказала мне, что подобные трюки можно проворачивать абсолютно с любым предлагаемым вариантом, но мы всё же продолжили рассматривать другие варианты.
На другой странице я увидела девушку, погружённую в воду. Это были так называемые «подводные танцы». Такой вид гимнастики впервые попробовала моя прапрапрабабушка, Леймана Саламандра. Она родилась достаточно слабой, но при этом старалась как могла, и придумала лично для себя новый вид активности. Он был самый лёгкий и полезный для наших мышц. Но его я тоже отвергла.
Дальше была обычная гимнастика, а после гимнастика с помощью стихии Защу. Вот это было интересней. Нагое тело оборачивали в лианы и выполняли различные трюки с помощью прочных Защу-магии. Я уже было хотела остановить выбор на нем и ткнула пальцем в картинку. Книга потеряла опору и упала на пол, закрываясь. Я стала судорожно искать потерянную страницу и наткнулась на нечто превосходное.
С другой, до которой я ещё не долистала, станицы на меня смотрела девушка, очень похожая на меня же саму, только в повзрослевшем варианте. Тёмные, большие, карие глаза и темно русые волосы, заплетённые в две пышные косы до колен. Полу-прозрачная голубая туника до самых голеней, которую стихии делали абсолютно для всех Саламандров, а босые ноги закрыты ледяными ботинками с тонкими лезвиями снизу. Это была моя мама, Астория старшая Саламандра. Не хватало только одной детали, которая отличала меня от мамы. Рядом с ней, придерживая свою спутницу за талию и стремясь в головокружительном танце, ехал отец, Равнеро Пальтем, и её Вайола. Серебристые длинные волосы, заплетённые в косу, и густые серебристые ресницы, прикрывающие ледяные глаза. Так посмотришь, будто морозом веет. От него мне и досталась яркая серебряная прядка с правой стороны у пробора.