Спустя пару жерь я почувствовала еле ощутимое тепло. Кто-то со спины убрал волосы и перекинул их на левое плечо.
- Баш, что ты творишь? - Я сказала это одними губами. Казалось, даже не издала какого-либо звука. Уж кто-то, а моя Мархета точно должна была знать, что я не люблю, когда меня отвлекали от магии.
И вдруг плечо слегка обожгло. Тепло разлилось по всей правой руке, боку и шее. Это было не похоже на Баш. Её шерсть не настолько тёплая и словно... неощутимая, растворимая в воздухе.
Я аккуратно повернула голову вправо, приоткрыла глаза и посмотрела на источник тепла. Буквально с опаской, моргнула и не поверила своим глазам...
- Здравствуй, дитя, - протянула огненная девушка мягким, но глубоким голос, словно говорила не она, а сама матушка Сису, или вообще Вселенная. - Для чего ты меня звала?
«Получилось!?».
- Маро… - Все же я рискнула прошептать, чтобы убедиться в одном из двух: я была права или всё это было иллюзией.
- Ты боишься меня, дитя?
Я аккуратно помотала головой.
- Нет, конечно нет. Я ждала тебя. Давно ждала... - мой голос дрожал. Огненная девушка, плывшая по воздуху, вышла из-за моей спины и встала передо мной. У Она дёрнула уголком губ и заправила мою выпавшую прядь за ухо, заговорив чуть громче, чем до этого:
- Непростая у тебя судьба, дитя моё. Ты станешь могущественным джиндефом. Ты рождена под полной луной, в период перехода от солнечного дня к лунной ночи. По настоящему насыщена лунной энергией. Такие, как ты, рождаются очень редко. От того я к тебе и не приходила. Было не за чем. Я придаю новоиспечённым ауроджиндефам силу, а ты ей насыщена сполна, с рождения. Но сейчас...Хм… Сейчас ты готова, чтобы раскрывать свой потенциал по полной. Так действуй, дитя моё…Настанет день, когда я стану твоим врагом и будет зависеть от тебя, сможешь ты меня одолеть или нет.
Вдалеке послышался отдалённый голос Баш. Что-то было не так. Я уловила звук шуршащей травы. Мархета бежала ко мне. Я, как могла, удерживала связь с Маро. Вдруг Башкуфия почти под ухом крикнула:
- Астория, очнись, там птицы с жёлтым пятном!
Связь пропала. Моментально. Я сидела, освещаемая только озером и пребывала в небольшом трансе после прихода Маро. Очнулась, как все переварила.
- Какие птицы!? В Халехо отродясь подобных не было.
Сразу в уши стал впиваться неприятный звук щебетания маленьких воробьёв. Их летело штук десять, если не больше. Одна, похоже, самая шустрая, приземлилась передо мной, распластавшись по траве. Я поняла, что это были скероны. Эти маленькие, незаметные среди ветвей птички расположили свои гнёзда по всему периметру границы и служили своеобразными охранниками и сообщали джиндефам о приближающихся людях. Я спешно подняла её, осмотрела, чтобы та ничего не сломала. Птенчик лишь кувыркнулся в моих руках и быстро прощебетал:
- Там Камправу пересекли две девушки, одна побольше, другая, как ты примерно. А ещё старшая на младшую опирается, как-будто хромает.
Я резко подскочила.
- Какая одежда?
- Как у тебя рубашка, только белая и более плотная.
Накинув на себя рубашку и схватив лук, я бросилась к Баш. Та с ещё большей скоростью рванула к показанному скеронами месту. Я залезла на неё в процессе бега, и, сама того толком не осознавая, успела повторить очень много раз под ухо своей Мархеты: «Хоть бы это не то, о чем я думаю».
***
- Привести приговор в исполнение, - сказал король с трибуны обычным ровным голосом. Но среди народа, стоявшего вокруг каменного эшафота, это пронеслось эхом по всем ушам. Они все и так прекрасно знали, что стоявшей там «виллафе» этого не избежать.
После каждого похода на виллавский лес король Эттэред брал какую-либо жертву, не являющуюся по своей крови или по выбору виллафой, и предавал её казни. Это был его ритуал, чтобы показать народу столицы очередную победу в борьбе с виллафами. Но всех настоящих виллаф убивали на месте, они не могли покинуть лес. Поэтому в основном под такие пытки попадали молодые, не в чём неповинные девушки, хотя король знал, что виллафами могли быть абсолютно любые люди вне зависимости от возраста и пола. Но его выбор был остановлен не спроста.
Его Величество с самого детства недолюбливал женщин и считал их ниже мужчин по уровню развития и возможностей. Хотя перед его глазами во времена походов на виллавские леса погибали под натиском королевских солдат очень много девушек, которые сражались и защищали свой дом. Королю Эттэреду, как и всем его предкам королям, было не жалко этих существ. Они забирали всю земную энергию, отдавали её Сису. А миссия сыновей Ламоша и их сыновей - уничтожить подобных.