— Не знаю. Я попробую использовать малую магию, чтобы расслышать.
Я открывала рот, словно рыба, молча пытаясь остановить Киру. Проявление силы неопытного мага могло оказаться заметным и выдать нас. Но Кира уже высвободила магию — послала легкий ветер от адептов в нашу сторону, разнося их голоса над травой.
Кажется, тонкая струйка ветра не осталась незамеченной, и адепты притихли. Я мысленно послала молитвы всем Богам, лишь бы те укрыли нас от посторонних глаз.
К счастью, сегодня удача была явно на нашей стороне.
— Я думаю, стоит перестать вычислять подонка среди первогодков, — недовольный голос Нореса я узнала сразу. — В наше время тоже устраняли соперников, и никому до этого не было дела. Пусть маленькие маги разбираются между собой.
— В наше время мы боролись за то, чтобы обойти кого-то на испытаниях. До них мы никого не убивали, — перебила Нореса адепт Воды.
По моему затылку пробежали мурашки. Значит, убийства среди магов уже стали новой традицией?
— С каждым годом маги все более жестокие. Кто-то хочет занять место под солнцем заранее, избавившись от сильных магов, — растянулся низкий голос Хотча.
— И все же, это нельзя оставлять безнаказанным. Мы отвечаем за их безопасность во время подготовки, — прогремел Ронан, отметая позиции других адептов.
— Все равно половина из них не доживет до конца года. Какой толк спасать их задницы? — не соглашался Норес.
— Пощади хотя бы мою задницу, я устала их излечивать, — бросила Агнес.
— Твою задницу я уж точно не пощажу, — в голосе адепта Воздуха прокатились озорные нотки.
— Прекратите оба! — разразился Ронан, да так, что мы едва не выдали свое присутствие, дернувшись от раската грома в его голосе. — Мы обязаны прекратить это, кто-то убивает магов прямо у нас под носом. Вы серьезно хотите, чтобы среди них был тот, кому выгодна смерть соратника, а не врага?
Повисла оглушающая тишина, которую нарушало лишь тихое жужжание мошек. В моей груди вдруг колыхнулась ярость вперемешку с уже привычной тревогой.
Я была полностью согласна с адептом элементаля Огня. То, что среди магов уже началась борьба за власть и звание, не сулило ничего хорошего. Мне хотелось полагаться на собственные силы во время прохождения испытаний, но сейчас это становилось невозможным. Ведь в любой момент мог появиться тот, кому выгодна моя смерть.
— И что ты предлагаешь? — первым нарушил тишину Хотч.
— Нужно определить сильных кандидатов. Скорее всего, именно они устраняют соперников, — предложил Рон. В его голосе таилась тень сомнения.
— А если это, наоборот, действуют слабые? Устраняют сильных, чтобы выбиться вперед? — не согласился адепт Воздуха. С ним, как ни странно, я тоже была согласна.
И у сильных, и у слабых магов был мотив устранять преуспевающих кандидатов. Оба могли действовать, чтобы повысить свою значимость — а значит, получить шанс быстрее достичь высшего ранга. Как известно, сначала ты работаешь на свою репутацию, а потом она работает на тебя.
— Я согласна с Норесом. Слабые тоже могут действовать исподтишка, — заключила Агнес.
— Так какой план действий? — прервал размышления адептов Хотч.
Мне и самой было до ужаса интересно, какую тактику используют адепты. Может, подставят под контроль более сильных кандидатов? Или же будут упорно наблюдать за слабыми?
Сама я не относила себя ни к тем, ни к другим — была где-то посередине. У меня было здоровое, но не сильное тело, без явной мышечной массы. Зато я обладала поразительным складом ума, как считал мой отец. Я строила догадки, стратегии — и в большинстве случаев они оказывались верными. Но, как и с телом, тут тоже был свой недостаток. Эмоции, которые я должна была контролировать, иногда не поддавались. Они брали в заложники мой разум и тело, господствуя над словами и действиями.
Вот почему я не относила себя ни к сильным, ни к слабым магам.
— Я предлагаю устроить показательную казнь, — вдруг сказал адепт Воздуха, и мое сердце в разы быстрее заколотилось, будто намереваясь вырваться из груди. — Например, во время завтрашней тренировки.
— И в чем заключается казнь? — неохотно спросил адепт Огня.
— Мы не будем изменять занятие, лишь немного усложним его.