— Что ты имеешь в виду? — недовольно возник Хотч.
Как уже было понятно, адепт Земли больше всего придерживался правил и порядка, а потому старался никогда не откланяться от намеченного курса.
— О, я сам все устрою. Вам только нужно немного подыграть, — в голосе Нореса прозвучали коварные нотки озорства, от чего мне стало особенно неуютно. Зная, на что способен адепт Воздуха, я почувствовала, как градус нервозности подскочил до максимума — особенно после слова «казнь».
— Норес, если ты опять выкинешь что-то… — начал было Хотч, но адепт Воздуха его перебил.
— Расслабься, большой парень. То, что я планирую, поможет быстрее отделить слабых от сильных кандидатов. К тому же, вычислить тех, кто играет нечестно. Это сузит круг поиска, а после мы с легкостью вычислим предателя.
— А что потом? — поинтересовалась Агнес.
— После того как найдем? Не знаю. Можешь скормить его своей змеюке. — Шутка Нореса ни у кого не вызвала ни смеха, ни даже намека на улыбку, но сам адепт Воздуха, кажется, был ею очень доволен.
— Надо уходить, — Ронан бросил беглый взгляд в сторону озера, где мы прятались. Я знала, что за высокой травой в полумраке нас практически невозможно заметить. Но все равно затаила дыхание и еще чуть глубже погрузилась в воду.
Внутри вновь что-то заклокотало, стоило лишь встретиться со взглядом смелых, светлых глаз Ронана. Его внимание оставляло неизгладимый след на моей тревожной душе, наделяя тело неконтролируемыми чувствами.
Все адепты молча кивнули и разошлись в разные стороны. Видимо, не хотели показываться вместе и вызывать подозрений — ведь дежурный адепт патрулирует ночью в одиночку, а не всем составом.
Убедившись, что адепты ушли на достаточное расстояние, мы с Кирой неуверенно выбрались из прохладной воды и поспешили натянуть одежду. Облегающая ткань неохотно скользила по мокрому телу — приходилось прикладывать усилия, чтобы натянуть брюки на влажную задницу. Мокрая рубашка облепила все тело, просвечивая его изгибы, и я поспешила оттянуть ее, чтобы не демонстрировать свою наготу.
После воды ветер, неуютно окутывающий наши тела, стал еще более колючим, кусачим. От его порывов тело неистово дрожало, но причин у этой дрожи было намного больше. Тревога, разлившаяся по венам от услышанного, вызывала не меньшую дрожь, чем ночной ветер.
— О чем они говорили? Среди нас есть предатель? — спросила Кира, когда мы уже направились в сторону академии.
— Не уверена, что понимаю, но думаю, что адепты считают, что среди нас кто-то проходит испытания нечестно.
Я по-прежнему ничего не говорила Кире — да и не собиралась. Мне это не поможет, а вот ей только прибавит поводов для беспокойства.
— Значит, те травмы у Висеньи?.. — начала подруга. — Это была не случайность?
А Кира оказалась догадливее, чем я ожидала.
— Возможно. Мы ведь этого точно не знаем.
— Но ты ведь была рядом с ней, разве адепты ничего не сказали?
— А с какой стати они будут обсуждать это со мной? — Я увиливала от вопросов Киры, понимая, что когда-нибудь мне все же придется признаться ей. Висенья получила травмы, несовместимые с жизнью и это было кому-то очень даже на руку.
— Поклянись, что ты не знала, — вдруг выдала Кира, остановившись. Я лишь через пару шагов заметила, что она не следует за мной.
— Это еще зачем?.. — Нет, только не сейчас. Адепты еще не устранили предателя, а выдавать чужую тайну — слишком рискованно, да и попросту непозволительно. Если информация просочится дальше — Ронан сразу поймет, кто ее распространил.
— Ты не слишком уж удивилась, когда адепты заговорили о предателе, — не унималась Кира.
С одной стороны, мне действительно хотелось довериться ей и предупредить, чтобы она была осторожной. С другой — это бы только укрепило ее недоверие, да и развило бы излишнюю панику.
— Адепты подозревали, что травма могла быть не случайной, но о предательстве не было и речи.
Такой ответ Киру не очень-то убедил, но, тем не менее, подруга оставила меня в покое, все еще недоверчиво поглядывая и двинувшись в сторону академии.
— Значит, теперь нам надо смотреть в оба, чтобы нас случайно не столкнули в магму? — нервно рассмеялась Кира.
— Выходит, что так.