– Нет. Я решил сперва отвоевать трон, а потом уже завоевать женщину. Если бы дошло до выбора – ты знаешь, что выбрал бы я.
Брови Финна слегка приподнялись:
– В последнее время бывало, что я сомневался в этом, – он снова беспокойно пошевелился, по лицу его пробежала судорога, лежавший рядом Сторр плотнее прижался к нему. Одной смуглой рукой, охваченной выше локтя золотым браслетом, Финн обнимал полка, словно боялся отпустить его – боялся снова потерять своего лиир.
– Ты поправишься? – мой вопрос прозвучал резче, чем я хотел. – Или магия земли не полностью исцелила тебя?
Он сделал слабый жест рукой:
– Она не всегда до конца исцеляет тело, она только помогает лечению. Все зависит от раны, – его пальцы коснулись бинтов, перетягивающих ногу у бедра. Я неплохо себя чувствую – для человека, который должен был умереть.
Я глубоко вздохнул, чувствуя, как тени заполняют шатер. Я так устал…
– План, который мы составили, оказался безупречным. Дункан собрал всех крылатых лиир. У солиндцев не было и одного шанса.
– Верно, – согласился Финн. – Потому-то я это И предложил. Лахлэн мягко рассмеялся:
– Что, Кэриллон не делает ничего без твоего совета?
На мгновение Финн сделался мрачен – зашитый рубец на лице только усиливал это выражение:
– Бывают моменты, когда он решает без меня слишком многое.
– Как когда я решил, на ком женюсь, – я улыбнулся, увидев изумление на лице Лахлэна. – Та госпожа, которая отправилась сегодня к своему отцу, станет Королевой Хомейны.
Его брови поднялись под серебряным обручем:
– Беллэму это может не понравиться.
– Беллэм будет мертв когда я женюсь на его дочери, – я покрутил головой, разминая шейные позвонки. Спина у меня тоже затекла, но тут уж я ничего не мог сделать. Несколько часов нормального сна и тренировки поправят дело. На первое я не надеялся, но второе можно было обещать с уверенностью.
– Я слышал, что ее предлагали в жены наследнику Высокого Короля Родри, пальцы Лахлэна извлекли певучий аккорд из струн арфы.
Я пожал плечами:
– Может, Беллэм и предлагал, только я ничего не слышал об ответе Родри. Ты как элласиец должен это знать лучше.
Лахлэн задумчиво скривил губы:
– Сомневаюсь, что он станет тебе мешать. Все, что я знаю о Куинне, я узнал из первых рук, когда меня принимали в замке. Наследный принц – человек пустой, хотя и довольно дружелюбный, и о женитьбе не думает, – он пожал плечами. Родри все еще силен, я сомневаюсь в том, что он заставит наследника немедленно вступить в брак. Но кто я такой, чтобы знать мысли королей?
Он ухмыльнулся мне:
– Пожалуй, из них только вы, господин мой, еще известны мне, и – что я знаю о вас?
– Ты знаешь, что у меня есть сестра. Лицо Лахлэна застыло:
– Да. Знаю, – он бросил короткий взгляд на Финна. – Но мы не станем говорить об этом: ваш ленник поднимет меня на смех.
Финн улыбнулся:
– Тебе приглянулась принцесса? Ну и что с того? – ведь ты же менестрель.
Со струн лились золотые звуки мелодии, но Лахлэн не улыбался больше:
– Так и есть, благодарение Лодхи и Его силе. Но иногда мне хотелось бы стать большим…
Значит, принцесса может тоже поглядывать на него?.. Без сомнения. Но хотя менестрели и в чести при дворах королей, этого еще недостаточно, чтобы взять в жены женщину, занимающую такое положение, как Торри.
Я подался вперед и потер горящие от усталости глаза. И тут я услышал крик.
Финн напрягся, пытаясь подняться, и упал назад на ложе, должно быть, он подумал, что это Аликс. Но я уже знал, что это не так. Голос принадлежал моей сестре.
Я не мог потом вспомнить, как добрался от шатра Финна до своего собственного, не помнил и того, как рядом со мной оказался Лахлэн со своей поблескивающей арфой. Он просто был рядом, сжимая в руках свою Леди, и сыпал проклятьями. Я не слышал их – вместо этого в моих ушах звенел отголосок крика Торри и бешеный стук крови в висках.
Вокруг моего шатра собрались люди. Кто-то откинул дверной полог и закрепил его. Внутри видна была только пляска теней и призрачных фигур. Я разбил строй и ворвался внутрь, не думая, зацепил ли кого-нибудь по дороге.
Турмилайн стояла в углу, завернувшись в мою собственную темно-зеленую рубаху. Единственная свеча озаряла шатер неверным тусклым светом, лицо моей сестры в этом полумраке было бледным и напряженным, и только в золотых волосах поблескивали искорки света.
Она увидела меня и тут же подняла руку, словно чтобы остановить, показать, что с ней ничего не случилось. Мне пришло в голову, что моя сестра сильнее, чем я полагал, но времени на размышления не было. Я смотрел на Роуэна и неподвижное тело, над которым он склонился.
– Мертв? – спросил я. Он покачал головой и наклонился, чтобы вытащить из бессильной руки лежащего нож:
– Нет, мой господин. Я оглушил его рукоятью меча – знал, что у тебя будут к нему вопросы.
Я подошел ближе и взял лежащего за плечо – кольца кольчуги впились мне в ладонь, но я рванул его на себя и перевернул лицом вверх, чтобы разобраться, кто передо мной. И чуть было не выпустил его, увидев его лицо.
Передо мной, распростертый на земле, лежал – Заред.
Он был в полубессознательном состоянии: голова его безвольно раскачивалась из стороны в сторону, глаза бессмысленно вращались, ничего не видя вокруг.
– Ну? – мрачно поинтересовался я у Роуэна. – Как же это произошло? Я поставил тебя охранять ее.
– От Зареда? – спросил он, все еще не веря своим глазам. – Скорее, ее следовало охранять от меня! Я почувствовал, как во мне разгорается гнев:
– Если это будет нужно, я так и поступлю! А пока – отвечай на мой вопрос!
Его лицо побледнело. Я услышал протестующий возглас Турмилайн, но все мое внимание было приковано к Роуэну. На миг его желтые глаза Чэйсули вспыхнули гневом, но потом он кивнул. Непохоже было, что им овладел стыд: скорее, он пытался понять и осмыслить происшедшее. Это мне нравилось: я не люблю, когда человек сразу же поджимает хвост, как провинившийся пес.
– Я услышал ее крик, – сказал он, – немедленно вошел и увидел человека, стоящего над постелью с ножом. Было темно. Вот этот нож, – Роуэн продемонстрировал его, – И я ударил. Но до того, как он упал, я не видел, что это Заред.