– Брат Нолнен, мастер.
– Молодец, Ваэлин, вот тебе кусок ячменного сахара.
Ваэлин еще обратил внимание, что каждый раз, угощая их, мастер Греалин и себя не забывает.
– Ну-с, – сказал он, и его внушительные брыли затряслись оттого, что он ворочал во рту языком ячменный сахар, – а как звали того, кто командовал войском Кумбраэля?
Он обвел их взглядом, выискивая очередную жертву.
– Дентос!
– Э-э… Верлиг, мастер!
– Ох ты!
Мастер Греалин показал ириску и печально покачал своей массивной головой.
– Дентос награды не заслужил! Кстати, напомни мне, маленький брат, сколько наград ты получил на этой неделе?
– Ни одной… – пробормотал Дентос.
– Прошу прощения, Дентос, что ты сказал?
– Ни одной, мастер! – громко ответил Дентос. Голос его разнесся эхом по подвалам.
– Ни одной. Да. Ни одной. Насколько я припоминаю, ты и на прошлой неделе не получил ни одной награды. Верно ли это?
У Дентоса был такой вид, словно он предпочел бы получить трепку от мастера Соллиса.
– Да, мастер.
– Хм…
Греалин сунул ириску в рот и смачно зачавкал. Подбородки у него заколыхались.
– А жаль. Ириски и впрямь превосходные. Каэнис, может быть, ты сумеешь нас просветить?
– На осаде замка Баслен войском Кумбраэля командовал Верулин, мастер.
Каэнис всегда отвечал четко и правильно. Ваэлин временами подозревал, что историю ордена Каэнис знает не хуже мастера Греалина, если не лучше.
– Совершенно верно. На тебе засахаренный орешек.
– Ублюдок! – кипятился потом Дентос за ужином в трапезной. – Жирный, хитрожопый ублюдок! Ну и кого волнует, что там совершил какой-то урод две сотни лет тому назад? Кому и зачем это сейчас надо, а?
– Уроки прошлого руководят нами в настоящем, – процитировал Каэнис. – Знания о тех, кто жил прежде нас, крепят нашу Веру.
Дентос исподлобья уставился на него через стол.
– Да иди ты!.. Это все оттого, что этот здоровенный балабол так тебя любит. «Да, мастер Греалин, – он на удивление точно передразнил мягкий голос Каэниса, – битва при нужнике длилась два дня, и в ней погибли тысячи таких же бедолаг, как мы. Дайте мне леденец на палочке, я вам еще и задницу вытру!»
Сидевший рядом с Дентосом Норта мерзко захихикал.
– Попридержи язык, Дентос! – предупредил Каэнис.
– А то что? Ты уморишь меня очередной нудной побасенкой про короля и его бастардов?..
Каэнис неуловимым для глаза движением перемахнул через стол и отточенным ударом пнул Дентоса в лицо. Брызнула кровь, голова у Дентоса откинулась назад, оба клубком покатились по полу. Драка была короткой, но кровавой: навыки, приобретенные тяжким трудом, делали их всех слишком опасными бойцами, и потому драк они обычно старались избегать даже во время самых жарких споров. К тому времени, как их растащили, у Каэниса был выбит зуб и вывихнут палец. Дентос выглядел не лучше: у него был сломан нос и несколько ребер.
Обоих отвели к мастеру Хенталю, целителю ордена, и тот принялся штопать драчунов, пока они мрачно зыркали друг на друга с противоположных коек.
– Что произошло? – спросил у Ваэлина мастер Соллис, пока они ждали снаружи.
– Братья не сошлись во мнениях, мастер, – сказал ему Норта. Это был стандартный ответ в подобных ситуациях.
– Я не тебя спрашивал, Сендаль! – рявкнул Соллис. – Возвращайся в трапезную! И ты тоже, Джешуа.
Баркус с Нортой поспешно удалились, озадаченно оглянувшись на Ваэлина. Мастера обычно не особенно интересовались причинами мальчишеских драк. В конце концов, мальчишки есть мальчишки, они всегда дерутся.
– Ну? – спросил Соллис, когда они ушли.
Ваэлин хотел было соврать, но холодная ярость в глазах мастера Соллиса подсказала ему, что это очень плохая идея.
– Это из-за испытания, мастер. Каэнис наверняка его сдаст. А Дентос провалит.
– Ну и что ты намерен предпринять по этому поводу?
– Я, мастер?!
– Здесь, в ордене, у каждого из нас своя роль. Большинство из нас воюют, некоторые ловят еретиков по всему Королевству, иные уходят в тень, чтобы вершить свои тайные дела, кое-кто воспитывает и учит, и немногие, очень немногие, становятся командирами.
– И вы… хотите, чтобы я стал командиром?
– Аспект, похоже, полагает, что такова твоя роль, а он редко ошибается.
Мастер оглянулся через плечо на комнату мастера Хенталя.
– А тот, кто сложа руки смотрит на то, как его братья избивают друг друга в кровь, командиром не станет. И тот, кто позволяет им проваливать испытания, – тоже. Сделай с этим что-нибудь.
Он повернулся и ушел, не сказав больше ни слова. Ваэлин привалился головой к каменной стенке и тяжело вздохнул. «Стать командиром… Или моя ноша без того недостаточно тяжела?»