Алис не позволила себе думать о том, что это временно. Всего лишь до конца расследования. До конца ее командировки. Не позволила себе думать о том, что будет после. И о том, насколько это нормально, здорово и правильно, как их отношения можно оценить с точки зрения здравого смысла. Она просто решила взять то, чего ей так давно и отчаянно хотелось. Нет, не «нормальности», не «отношений как у всех», а звучания в унисон.
– Да… – Ей хотелось сказать что-то еще, но глаза уже закрывались, голова совсем отяжелела. – Да…
Она как будто плавно опускалась под воду, куда-то в глубину и темноту, в самое логово крокодила, и это было так хорошо. Так спокойно. И ничуть не страшно.
– Шеф, все готово. Просеку чистят, – голос Кристин в телефоне звучал бодро, несмотря на то, что она провела всю ночь на дежурстве. – Так что можете ехать, к вашему прибытию как раз закончат.
– А что с нашим подопечным? Адвокат уже ушел? Или ждет?
– С ним Себастьян дежурит. И вы будете смеяться, шеф, но адвокат так и не пришел. Какие-то сложности, другое дело… Наш подозреваемый названивал все утро – я уж отошла немного от протокола, позволила ему мобильный. Но все мимо.
Марк усмехнулся. Тесть директора явно не терял времени даром.
– Ну, вот и пусть помаринуется. Скажите Матье, чтобы отправил запрос на государственного защитника.
– М-м-м? Шеф, если вы знаете что-то, чего не знаю я, то…
– Потом расскажу. До связи.
Марк повесил трубку и развернулся к столу, за которым Эва, страдальчески морщась, пила третью чашку кофе.
– Мадам Дюпон, кофе же вреден для здоровья? И давления.
Старуха только закатила глаза и, снова поморщившись, вздохнула. Вид у нее был довольно мятый: судя по всему, ночное продолжение банкета удалось. Даже на кухню она выползла, только когда они с Алис позавтракали.
– Шмитт нас ждет у просеки, – объявил Марк. – Уже почти расчистили дорогу.
– Да, сейчас, уберу только, – отозвалась Алис, быстро составляя посуду в мойку.
– Идите уже… – махнула рукой Эва. – Я сама тут… потом. Давление упало, такая погода ужасная…
Марк даже взглянул в окно – было солнечно и морозно. И так красиво искрился снег.
– Давление-то как раз высокое, судя по погоде.
Мадам Дюпон издала неопределенный звук и снова уткнулась в чашку кофе.
– Вы, главное, отдыхайте, – сказала Алис, вытирая руки полотенцем. И обернулась к Марку: – Надо заехать в участок, на всякий случай взять лампы. И тент.
Он кивнул.
– Мадам Дюпон, мы тогда заберем вещи вечером после работы.
– В смысле? – изумленно вскинулась она. – Какие вещи?
– Наши с Алис. Жанна уезжает сегодня во второй половине дня, так что мы перебираемся ко мне.
– Перебираемся, – подтвердила Алис, и он с удовольствием отметил, как при этом она вся сияет.
– Инспектор! – Старуха вскочила было, но снова упала на стул. – Как можно! Вы будете… в одном доме? У вас? Что подумают люди?
– А что они думают сейчас? Что мы предаемся греху в вашем сарае? – ухмыльнулся Марк и вытащил сигарету. – Или, когда вы заснете, прямо под елкой?
– Вы мне тут еще покурите! – погрозила пальцем Эва. – Никакого представления о приличиях! А еще старший инспектор! Нет, про разврат в сарае, слава богу, не говорят. Я бы этого не перенесла. У меня приличный дом.
– Вот поэтому мы и съезжаем, – пояснил Марк. – Чтобы курить, где хочется, не разбить случайно какую-нибудь антикварную вазу и вообще… заниматься вдвоем всем, что нам нравится. И никто не испортит репутацию вашего приличного дома. Ну и к тому же мы и так слишком злоупотребляли вашим гостеприимством.
Эва в ответ покачала головой, сделала еще глоток кофе и вдруг произнесла совершенно невинным тоном:
– Да… вот так бывает. А помните тот наш разговор в участке, а, инспектор? И кто в итоге оказался прав? Я все-таки давно живу на свете.
Умела все-таки подколоть, старая перечница. Марк фыркнул и закатил глаза, а Алис глянула на него с интересом, вопросительно приподняв бровь.
– Ну, давайте, давайте… идите уже. – Эва махнула рукой. – Мне еще надо прийти в себя.
Дорогу, к счастью, расчистили отлично, и погода была ясная – в метеосводке нового снегопада не обещали. Подморозило. «Рендж ровер» уверенно проскакал по похрустывающему укатанному насту до самого конца просеки. Марк заглушил мотор, глядя, как Кристин впереди, возле стоящего трактора, машет им с Алис рукой.