– А вот те, которые в единороге… их там два типа. Одни были в пакете, другие в пузырьке. По составу различаются. Те, что в пакете… производное одного вещества, к нему добавлены еще два других в особой комбинации, вызывающие диссоциативный эффект… еще что-то, надо погуглить. Я все-таки не химик.
– Черт. Прямая дорога в рехаб, м-м-м? А вторые?
– Вторые… – Алис снова взглянула в телефон, полистала файл. – Вторые чуть другие. Я бы сказала, легче. Диссоциативного средства нет, в основном стимулирующее и растормаживающее. По эффекту способны, скорее, вызвать легкую эйфорию.
– Тоже весело. – Марк задумчиво постучал зажигалкой по столу. – Получается, два типа. Один для меня, другой… для Одри.
– Да… – Алис растерянно подняла на него взгляд. – Те, которые полегче, для нее. И свойство вызвать ажитацию, подъем, и сама доза меньше. А для тебя – какая-то убойная смесь бициклического антидепрессанта со стимулирующим эффектом, психомоторного и диссоциативного средств. То есть, учитывая, что для людей с психомоторным возбуждением любая стимуляция опасна, поскольку усугубляет симптоматику и может даже вызвать делирий…
Марк хмыкнул.
– Ну теперь понятно, почему меня тогда так штормило. Сначала раскачать, а потом еще и закрепить стимулятором. И красочные глюки на закуску. С последующей амнезией. Осталось выяснить, на хрена сталкеру это понадобилось. Посмотреть, как я окончательно сойду с ума?
Алис вздохнула и, убрав телефон, подошла к его столу, присела на край. Все еще в этом своем костюме. Марк вдруг подумал, что это похоже на любовь во время чумы. Словно он сидит тут один, в заточении – зачумленный зверь, которого все боятся, – а она не побоялась и пришла его спасать. Он положил руку ей на коленку, чувствуя через шероховатую ткань спанбонда ее тепло. Это было неожиданно приятно – так ее трогать. Знать, что там, под костюмом, его Алис, которую он вчера обнимал, сидя в ванне, – полностью обнаженную и так ему открывшуюся.
Она накрыла его руку своей, и они просто сидели так молча какое-то время, словно зачарованные, а может быть, просто заземленные близостью. Такой невероятной и такой правильной близостью двух неправильных, одиноких людей – поломанных, кое-как собравших себя заново, пытающихся тянуться к теплу и свету несмотря ни на что.
А потом в дверь постучали.
– Шеф, тут обед принесли.
Алис тут же соскочила со стола, снова упаковала манекен в пленку и наконец стянула с себя костюм, пока Себастьян, стараясь не смотреть в сторону гроба, выгружал из пакета судки с супом на столик у окна.
Алис подошла к принтеру, взяла еще горячие после печати листки, положила их в папку и направилась к небольшой комнатке, смежной с камерой. Видимо, это помещение официально считалось допросной, и Марк сейчас заперся там с директором.
Вздохнув, она осторожно постучала.
– Что надо? – раздался рык.
– Инспектор? Это Янссенс. Вы не могли бы…
Дверь распахнулась, и на пороге появился Марк. Разгоряченный, в рубашке с расстегнутым воротником и подкатанными до локтей рукавами, с ремнями кобуры, которые словно подчеркивали его мощь и силу. На скулах у него горел румянец, глаза казались совсем черными. То ли директор и правда вывел его из себя, то ли это был очередной спектакль для устрашения подозреваемого. Алис вздохнула, снова чувствуя, как ее это отчаянно возбуждает.
– Я думаю, вам стоит посмотреть. – Она протянула папку.
Марк резко выдохнул, взял у нее бумаги, пробежался глазами по схеме. Вздохнул. Кивнул ей и сделал знак рукой, приглашая войти.
Сидевший перед его столом директор быстро взглянул на нее с каким-то нервным интересом. Алис отметила, что вид у него было уже совсем не такой лощеный и надутый, как при задержании после поминок.
– Раз вы тут, Янссенс… садитесь. – Марк придвинул ей стул, сел за стол и сам, посмотрел на часы и нажал кнопку диктофона. – Время: шестнадцать часов пятьдесят две минуты. Продолжаем допрос подозреваемого. Присутствуют старший инспектор Деккер и эксперт-криминалист Янссенс.
Алис села, чувствуя… да, как будто он снова подарил ей сказку. Исполнение детской мечты. Присутствовать на допросе. Как в «CSI: Лас-Вегас»! Как в сериале, который стал началом ее пути к любимой профессии, к самостоятельной взрослой жизни. Который помог ей тогда, в отрочестве, найти цель, чтобы двигаться вперед, и дал силы не сдаваться. А еще – неожиданно стал началом пути к нему. К Марку. Она вспомнила свою любимую героиню: тяжелое детство, роман с начальником, даже похищение. И что бы там ни было в сериале дальше, Сара все равно осталась в ее сердце навсегда. И вот теперь…