Марк наклонился снова, придвинул ее за бедра чуть ближе к себе, упиваясь и ее запахом и вкусом, и волнами накатывающего на нее наслаждения – так сильно, как никогда в жизни. Остро чувствуя сейчас эти ее первые, новые ощущения – ошеломляющие, оглушающие, от которых Алис просто задыхалась. Она была в его руках – такая нежная и красивая, упоительная, желанная и предельно открытая для него, и ее вкус отдавал на кончике языка сладостью клубники. Как она всхлипывала и судорожно выдыхала, как с готовностью, нетерпеливо подставлялась, как запускала пальцы ему в волосы и тянула к себе, как доверяла, как его хотела, как на самом деле сейчас, сама того не понимая, дарила ему себя – это наполняло его бесконечной нежностью к ней, восхищением, желанием сделать для нее все.
Широко лизнув ее еще раз, он наконец оторвался, взглянул на нее – но она лежала, блаженно зажмурившись.
– Алис.
– М-м?.. – протянула она разнеженно.
Марк осторожно провел пальцами там, где только что касался языком. От клитора вниз и…
– Можно? – Он надавил пальцем совсем чуть-чуть, просто показывая намерение.
Алис открыла глаза, взглянула на него и, закусив губу, неуверенно кивнула.
– Только если… вдруг…
– Если не получится, то не будем, – заверил ее Марк.
Он вдруг понял, что волнуется, кажется, даже больше, чем она, чувствуя ее остро зазвеневшее напряжение и страх. И задержал дыхание вместе с ней, когда все так же осторожно, по чуть-чуть, поглаживая, вводил палец внутрь. Какая же она была тут нежная и горячая, черт! Темная волна желания при мысли, что он почувствует это не только пальцами, но и членом, плеснулась снова, но Марк удержался. Сейчас – только Алис.
Вот так, осторожно, чуть растягивая. И еще немного. Еще…
– Да-а… – протяжно выдохнула она, и Марк почувствовал, как она вся разом расслабилась. Облегченно, счастливо.
– Ну вот и умница, – шепнул он.
Положив ладонь ей на низ живота, нежно поглаживая, он снова прижался губами к клитору, а пальцем другой руки продолжал надавливать, растягивать, продвигаясь глубже.
– Давай еще немного? – спросил Марк, когда понял, что не чувствует больше в ней никакого напряжения.
– Да… еще. Я хочу… черт, так хорошо, – выдохнула она довольно.
Он улыбнулся, осторожно добавил второй палец. Алис немного сжалась, судорожно перевела дыхание, бедра чуть дернулись, и мышцы сократились, но потом снова выдохнула и расслабилась.
– Не больно?
– Нет… хорошо. Очень…
– И не страшно же?
– Нет…
– Вот видишь, какая ты молодец. Умница, Янссенс.
Марк ухмыльнулся и, снова наклонившись, лизнул и обвел языком ее клитор. Медленно, осторожно согнул пальцы, поглаживая ее внутри. Ноги у нее дернулись, бедра качнулись, она всхлипнула от удовольствия.
– Двигайся, если хочешь, – шепнул он. – Покажи, как ты можешь.
Алис подалась навстречу, сначала осторожно, а потом смелее, сама принимая его пальцы глубже, а он только ритмично двигал ими внутри, поглаживая, подстраиваясь под ее движения.
Марк смотрел на нее, не отрываясь, любуясь ею, снова сгорая от собственнического темного наслаждения, потому что она сейчас принадлежала ему – потерявшаяся в ощущениях, разгоряченная, отпустившая контроль, сосредоточенная только на удовольствии. Которое он давал ей. Так, как хотел с самого начала. Дыхание у нее стало рваным, вздохи – хриплыми, Марк уже чувствовал легкое подрагивание, набухание, начало пульсации вокруг пальцев, чувствовал, как влаги стало еще больше. Хлюпающие звуки, такие непристойные и интимные одновременно – а еще совсем недавно умница Янссенс смущалась от одного невинного касания. М-м-м, поддразнить ее этим потом, позже – да, непременно. А сейчас… Алис вдруг замерла, распахнула глаза. Взгляд у нее был затуманенный, губы приоткрыты.
– Хочешь… больше? – спросил Марк с довольной ухмылкой, разглядывая ее. Удержаться было невозможно – его, вся его, вот такая вот, как он и хотел. Как мечтал. Готовая, ждущая и так его желающая.
– Я… так сейчас кончу, – выдохнула Алис, приподнимаясь и останавливая его руку. – Но я хочу с тобой. Хочу тебя.
Он осторожно, все так же поглаживая, вытащил из нее пальцы.
– Всего. Марк, я… мне так тоже хорошо, но я хочу с тобой. Чтобы не пальцы, а… Я хочу все.
– Точно? – Было какое-то тайное темное удовольствие в том, чтобы спрашивать ее об этом еще и еще, чтобы снова убеждаться, что она хочет, готова, согласна и просит сама. Слышать это звучание. Теперь такое, как нужно. Без примеси страха или неуверенности в собственном желании. Одно лишь горячее безоговорочное ошеломляющее «да».
Она кивнула и потянулась к нему.
– Иди сюда. – Марк обнял ее, усадил рядом, а сам, наклонившись за коробкой, переместился к изголовью и полусидя откинулся на подушки.