— Если и правда хочешь помочь, проведи меня вон к тому берегу.
— А если засада?
— Я видел что ты сотворила с погоней. Что тебе стоит повторить этот трюк еще раз?
Я засомневалась, но все же согласилась. С другой стороны ему и правда будет удобнее в лодке, чем на скользкой спине дельфина. Обогнув остров по большой дуге, мы направились к тому месту, где по словам моряка была спрятана его лодка. Никто из русалок нам не встретился.
Я ждала мужчину в воде, внимательно наблюдая за морем, что бы никто внезапно не напал. А моряк скрылся в джунглях. Через несколько минут он появился, толкая перед собой странную шлюпку. По бокам к ней был прикреплен плот, будто бы для устойчивости. Из центра поднималась небольшая мачта с явно самодельным парусом, как и на самодельном бушприте. За кормой импровизированного корабля тоже была платформа из связанных брусков. И не просто платформа, а что-то на подобии корзины, где, как я поняла, хранились припасы.
Я вышла на берег, что бы помочь мужчине вытолкнуть лодку в воду. Как вдруг из джунглей выбежал еще один человек. Мужчина, имени которого я так и не узнала, толкнул меня в лодку и шикнул, что бы не высовывалась. Я упала прямо в грузовой отсек, если его можно так назвать. Разлеглась между бочками с водой и плетеными корзинками, набитыми фруктами и вяленым мясом. Крышка закрылась, отгородив от моего взора небо. Это было очень странно, но я послушалась и не стала выбираться.
— Себастьян! Подожди! — Кричал тот человек голосом юного паренька.
— Сгинь. Предателям место в аду. — Зло бросил спасенный мною моряк.
— Я не собирался просить тебя взять меня с собой. — Приблизившись, сказал юноша.
— Я бы все равно не взял.
— Хотел попрощаться.
— Остаешься с той хвостатой? — Не переставая толкать лодку со мной внутри, спросил Себастьян.
— Да.
— Променял меня на девку. Чего еще можно было ожидать от такого олуха, как ты.
— Не держи зла.
— Придет время, они и с тобой захотят разделаться. — Вдруг в борт лодки заплескалась вода. Себастьян перестал толкать ее. — Уверен, что не хочешь уплыть? — Подобревшим внезапно голосом спросил бывший пленник русалок.
— С ней я счастлив.
— Надеюсь, ты не пожалеешь.
Киль заскреб по мокрому песку. И через пару минут лодка закачаплась на волнах. Особенно громко плюхнула вода. Должно быть от того, что Себастьян забрался в лодку.
— Вылазь. — Кинул он, открывая крышку. Ухмыльнувшись, он отвернулся и принялся грести. Даже руки не подал, грубиян. Я между прочим не очень удачно упала и валялась сейчас не в самой приличной, а главное не в самой удобной позе: вверх ногами. Что бы выбраться, мне пришлось повозиться.
— Вот она, благодарность за спасение. — Проворчала я, спрыгивая в воду. И вновь вынырнула, плывя рядом.
— Все вы сначала вроде как помогаете, а потом нож под ребра. — Ответил Себастьян.
— Я не такая, как они.
— Все вы так говорите.
— Не знаю, что сделали тебе русалки, но сирены не причиняют зла людям.
- Сирены? — Он впервые взглянул на меня с интересом. — А ты и правда чем-то от них отличаешься. Не видел еще русалок с белым хвостом.
— Расскажешь как ты оказался в бухте в раной в животе?
— Зачем?
— Любопытно.
— Ладно.
И он рассказал. С самого начала. О том, как каждый год с капитаном Тонто проводил ритуал. О том, как в этот раз план провалился. Почему он спас девушку, которую хотели принести в жертву. Как русалки зачаровали всю команду. И как его спасла одна из них
— Она представилась именем Анабель? — Просияла я.
— Да.
— Опиши мне ее.
— Да что там описывать. Рыжая, глаза зеленые, руки, ноги, хвост… Все, как у русалок.
— Что было дальше?
— Она убила меня. Вот что. А потом умерла сама.
— Что?
Я забыла как плыть. Сердце пропустило удар. Что бы не уйти под воду, я схватилась за борт.
— Что-что, накосячила она в чем-то. Ее решили наказать. Думали, она в меня влюбилась. Оказались правы.
— Ничего не понятно.
— Меня хотели убить в наказание ей. — Стал он объяснять снисходительным тоном. — А эта дрянь, видимо, чтобы доказать, что не любит меня, всадила нож мне под ребра. А потом сама рассыпалась пеной. Понимаешь? Русалкам нельзя любить. Если сердце разобьется, они превратятся в пену.
— Так значит Анабель мертва?
— Тебе вода в уши попала? — Раздраженно бросил он, взглянув на меня. — А, ну да. Да. Анабель теперь шипит морской пенкой. Эй, ты чего?
— Она… она была моей подругой. Еще до того, как… нас потопили…
На глаза навернулись слезы, они текли по моему лицу, смешиваясь с морской водой. Себастьян прочистил горло, вероятно чувствуя себя неловко. Конечно, если бы я сказала ему раньше о нашей связи с Анабель, он бы нашел способ сообщить мне о ее смерти помягче. Но разве я бы чувствовала себя от этого лучше?