— Ага… ну, считай, что закончил. Чего тебе?
— Хотела передать послания. От Лиас-са и ещё кое-какое… В общ-щем, с-сам увидишь.
Альбиноска подняла на уровень моих глаз пару конвертов. Один изысканный белоснежный с золотым тиснением. Явно от экс-Вердара. Ибо в таких ещё настоящий патриарх рассылал письма. Ну а мы, посадив на трон самозванца, изменять традициям не стали, дабы не вызывать подозрений. А второй попроще. Но тоже из качественной бумаги. И от него очень явственно исходил аромат духов. Таких приятгательно знакомых духов…
— Всё ж-же, оно от той сероглазой девиц-цы, да? — издевательски улыбнулась Насшафа, заметив мою реакцию.
— Научилась бы читать на нашем языке, сама бы знала ответ! — огрызнулся я. — Всё, я утомился и иду отдыхать. До утра меня не трогать!
— Рас-свет уже через-з две меры, — донеслось мне вслед насмешливое замечание.
— Ну, значит, до полудня! — бросил напоследок я и решительно зашагал в свою спальню.
Еще минуту назад я действительно готов был отправиться в постель. Но теперь сердце бешено заколотилось, разгоняя по жилам кровь и любые намёки на сонливость. Письмо от Вайолы… зачем она его отправила? Я-то думал, что милария гран Иземдор решила разорвать со мной любые отношения. Неужели ошибся? Ну, сейчас и узнаю…
Вскрыв бумагу, я развернул лист и углубился в чтение. Нетерпение было столь высоко, что я даже не стал зажигать в комнате свечи, а создал заклинание «Лучины». Красивый и витиеватый почерк, который я бы узнал из тысячи других, складывался в следующие слова:
'Дорогой экселенс нор Адамастро, преисполнившись трепета и смятения, обращаюсь я к Вам через эти строки. Не примите моё внезапное исчезновение за легкомыслие или обман, ведь мне требовалось время, которое, как мне показалось, Вы не желали предоставить. Возможно, я ошибаюсь в своих суждениях, и в таком случае прошу Вашего прощения.
Минувшие седмицы я провела в уединении и непрестанных размышлениях, чтобы в спокойствии и тишине разыскать в своей душе столь нужные ответы. Ныне же я осмеливаюсь просить Вас о встрече, дабы мы в полном доверии друг к другу могли поговорить о том, что глубоко волнует нас обоих.
Надеюсь, Вы не сочтёте сие письмо уклончивым, ибо намерения мои чисты. С большим нетерпением ожидаю Вашего ответа и верю, что Вы не откажете в моей просьбе.
С искренним ожиданием нашего разговора,
Вайола И.'
Стараясь утихомирить бешено колотящееся сердце, я отложил бумагу и с силой помассировал опухшие от утомления глаза. Ох, уж эта милария гран Иземдор. Никак отыграться на мне решила за все былые потрясения. Ну кто ж такие туманные письма пишет? Нет чтоб прямо сказать: «Ризант, я подумала, и теперь согласна стать вашей женой!» Ну или наоборот: «Катитесь к абиссалийским дьяволам, нор Адамастро!» Так нет же! Мудрит чего-то…
Чтобы успокоиться, я взял конверт от Лиаса. Но в нём ничего сверхинтересного не обнаружилось. Если отбросить весь посторонний трёп, наплетённый для отвлечения внимания, то это было извещение о том, что всё готово к посвящению неофитов в полноценные братья.
М-да…тоже мне, конспиратор недоделанный. Мог же просто с кем-нибудь из Безликих устное послание передать. Но нет же! Видимо, экс-Вердару нравились все эти шпионские игры, невзирая на то, что он не переставал нудить, как устал от секретов, недомолвок и двойных смыслов, наполняющих его новую жизнь. Ладно, пускай. Чем бы великовозрастное дитя не тешилось, лишь бы откровенным вредительством не занималось.
Что ж, значит, скоро моё братство примет в свои ряды новых связанных кровью бойцов? Это не может не радовать!
Нынешняя церемония посвящения неофитов не шла ни в какое сравнение с теми, что были ранее. Когда я и мои Безликие обретались в Патриархии на нелегальных началах, нам приходилось скрываться и прятаться. Но теперь первое лицо государства выражает нам свою безмерную поддержку, и в этом уже нет никакой необходимости.
Лиас выделил нам под проведение таинства роскошный зал. Вытянутые окна здесь занавесили длинными черными гобеленами с вышитыми символами братства. Лучи солнца проникали сквозь ткань, создавая мистическую игру света. Вдоль стен высились неподъемные позолоченные шандалы, каждый из которых держал по полусотне свечей. А в центре зала находился мраморный пьедестал, где для меня установили массивный тёмный трон. Пока что он купался в тени, но скоро небесное светило поднимется выше. И тогда небольшой круглый витраж, расположенный под самым сводчатым потолком зала, прольёт столб благословенного света аккурат на то место, где я буду восседать. Красота, да и только!