Прошло несколько часов прежде чем Бессмертный пришел в себя. Положив руку на голову, он поднялся на ноги и медленно подошел к товарищам.
- Что со мной произошло? – слабым голосом спросил он.
Услышав знакомый голос Сноу обернулся:
- Кристол, дружище. Ты начал обращаться в потерянного. Мы вовремя среагировали и поэтому ты цел. Как ты себя чувствуешь?
- Словно та болотная тварь, которую я встретил, вцепилась ко мне в голову. Иными словами, плохо.
- Пусть так. Тебе необходим отдых, - отозвался Леонард, - Конечно я не представляю, каково вам, но всё-таки представляю эти чувства. Пока ты спал мы получили ворона с посланием. Отряды ордена уже на севере и вскоре догонят нас.
- Нет, мы не должны останавливаться, - более громко ответил Кристол, - Плевать на моё состояния. Я оправлюсь. А вот если мы вовремя не доберемся до чертовой цитадели, то дела пойдут наперекосяк.
Леонард ничего не ответил и уставился на огонь. Бессмертный присел рядом с Джеком и прикрыл глаза. Он почувствовал, как на его спину легла рука товарища. Кристола накатила волна облегчения. Его друзья, здесь, рядом. Они всегда поддержат и помогут…
- Хм, а вот у меня возник вопрос, - тихо спросил Сноу, - Мы практически ничего о тебе не знаем, Леонард. Может расскажешь что?
Охотник поднял глаза и слегка улыбнулся. На его лице читалось некая тоска.
- А что тут рассказывать? Я всего лишь обычный человек, который решил защитить своих родных. Когда я еще был ребенком, меня всегда привлекали солдаты и сражения, в особенности элитные солдаты нашего покровителя Нимрайса. В те времена Досциитон процветал. Царила жизнь и радость. Но потом тербий кончился, появились потерянные и Бессмертные, Нимрайс отправился уничтожать Вэйнвард. Я тогда напрашивался, чтобы меня взяли, но никто не соглашался. После сражения Нимрайс пришел в город другим. Его будто подменили. Он стал невероятно суровым и грустным. Законы ужесточились, многие места закрылись, а потом в город пришли гвардейцы. Они начали вырезать и иссушать всех тех, кто пробовал тербий. Это коснулось и моей семьи. В тот день моя старшая сестра Фабия забрала меня, и мы убежали далеко за пределы города. В течение четырех лет она занималась моим воспитанием и заботилась обо мне… Как родная мать…
Глаза Леонарда постепенно заполняли слезы, но улыбка не исчезла. Немного помолчав он продолжил:
- … Как только мне стукнуло 17 мы вместе вернулись в Досциитон. Фабия помогла мне вступить в ряды охотников, однако сама поплатилась за это. После падения города прошел призыв войск из-за чего появились новые отряды, состоящие из женщин. Это был, так называемый, легион мрачного ворона. Моей сестре навечно вплавили в лицо железный клюв и облучили в доспехи. Любого, кто пытался отказаться или сбежать – убивали на месте самым мучительным способом. Что же касается Фабии – она смогла удрать незаметно далеко в западные леса Астрэйна. Я долгое время навещал её и утешал, но всё было тщетно. Клюв, что был на её лице – снять никак невозможно, ведь при установке использовалась совершенно новая магия – магия Желтого ока. Ни одно колдовство ни сравнится с ним по силе, по крайней мере так думали. Фабия узнала, что есть способ снять заклятие при помощи противоположного заклиная из магии Красного ока. Этот катализатор добывался невероятно тяжелым путем: редкий глубинный самоцвет оскверняли Тьмой, а затем окропляли божественной кровью. В нашем мире существует два таких камня, один из которых нашла Фабия. Она долго изучала его, но так и не смогла найти решение. В одно ночь, пока она спала, к ней кто-то вошел. Неизвестный тихо взял око и развернулся к выходу. В тот день, я остался ночевать у неё и как только заметил постороннего – рванулся к нему. Каково же было удивление, когда он отшвырнул меня в сторону одним движением руки, и именно тогда я увидел его лицо. Это был высокий, стройный мужчина, одетый в уникальные доспехи, со светлыми волосами и удивительно яркими зелеными глазами. Я крикнул ему вдогонку, чтобы разузнать его имя… Он ничего мне не сказал, а просто покинул дом… Последняя надежда моей сестры была потеряна. Много ночей я искал того человека, спрашивал местных, но так ничего и не узнал. Лишь однажды, потеряв всякое желание поисков, я наткнулся на аколита Вэйнварда. Мне удалось перехватить его и тот в панике всё мне рассказал. Тем незнакомцем оказался Бальтазар Кройц – выходец из Иризбурна, южного городишки. Он был фанатиком Хугина, всячески подражал ему и обладал страшной тягой к магии и силе, а узнав про то, что Красное око было найдено – устремился его забрать. Тогда-то я и поклялся, что освобожу сестру, во что бы то ни стало… Любой ценой…
Леонард замолчал и облизал сухие губы. Сноу, немного обдумав его слова, резко возразил:
- Подожди ка, ты же говорил, что твой брат погиб во время штурма Вэйнварда? А получается, что тебя там даже и не было!
- Верно, друг мой. Мне пришлось вам солгать, иначе бы вы не стали меня слушать. Но всё же – цель свести счеты с Хугином, ведь если бы не он, то Бальтазар остался в своем болоте. Ладно… Я приношу свои извинения…
- Ничего, - тихо откликнулся Джек, - Все мы здесь немного сказочники.
Команда тихо посмеялась в ответ.
- Эх. Еще пару часов и начнется закат, - нахмурился Кристол, - А мы не двинулись с места. Что ж, друзья, я в порядке. Можем идти.
Бессмертный, пошатываясь, встал с холодной земли и выпил еще одну бутылочку. Его глаза вновь засияли фиолетовым цветом.
- Фух! Как будто переродился!
Сноу и Джек также выпили по фляжке и поднялись на ноги.
- Пора навестить этого ублюдка, - сквозь зубы сказал Сноу, - Не переживай, Леонард, мы отомстим и за твою сестру, и за моего друга. А сейчас – по коням!
Все четверо запрыгнули в седла и двинулись в путь. Скачки были очень быстрыми, порой даже казалось, что даже слишком. Отряд сказал весь оставшийся день и всю ночь. На утро команда сделала небольшой привал и вновь тронулась. Мимо них проскальзывали горные и лесные пейзажи, реки и озера. Путь до Грйфенштейна был почти пройден. Наконец, с усилием поднявшись на небольшой город, они увидели вдали замок, собранный из кроваво-красных глубинных камней. Вот она настоящая обитель зла, в которой обитает настоящий тиран этого мира. Недолго думая, отряд рванулся вниз. Стены замка становились всё больше и устрашающими. И вот наконец они добрались до огромных ворот. Первым с коня слез Сноу. Он, дрожащими руками, открыл ворота и тяжело вздохнул. Взмахнув рукой, он поманил остальных за собой. Команда быстрым шагом поднималась по широкой лестнице, ведущей к сердцу Грейфенштейна - цитадели. Вокруг них возвышались башни с острыми шпилями. От них словно исходила некая злоба, которая повергала всех в ярость. На удивление, на их пути не встретилось ни одного аколита, что насторожило отряд, но не остановило их. Взобравшись на самый верх, ворота цитадели отворились сами по себе, словно их ждали. Сноу и Кристол зашли внутрь и увидели его… Эдриан Хугин восседал на троне из костей. Его волосы были по-прежнему такими же белыми, а глаза светились алым оттенком. Он был одет в черные доспехи из удивительного материала, которые переливались характерным блеском. Эдвард сжал зубы и подошел поближе к темному владыке. Тот бросил острый взгляд на команду и улыбнулся.