И имя княжича разносилось вперед по толпе, как рябь по растревоженной водной глади.
Ещё несколько мгновений толпа окружала их плотным кольцом, вопреки стараниям Святослава, она стянулась, обступив их ещё теснее, а через секунду хлынула в стороны, освобождая путь. Послышались радостные возгласы, тут и там народ приветствовал княжича и подбадривал его. И Милорада гордо улыбалась, радуясь, что была рядом. Как будто присутствие Святослава здесь, среди людей, было ее заслугой. Отчасти, так и было. Девушка расправила плечи и заперебирала ногами, стараясь не отставать. Теперь, когда первая волна радости схлынула, она чувствовала, как с интересом смотрят на нее жители Дола. Милорада улыбалась и махала руками. Люди улыбались ей в ответ, и Милорада заливалась румянцем, в горле клокотал восторженный смех. Огромных усилий девушке стоило сдерживаться. Она и так улавливала недовольство, появлявшиеся во взглядах при виде ее улыбки, словно это выражение лица было ни к месту. Милорада поглядела на Святослава. Тот был мрачнее тучи. Невеста попыталась нахмуриться, но также сурово у нее не получилось. Она бы спросила, что вообще происходит, но Святослав уверенно тащил ее вперёд, взгляд прикипел к терему, становившемуся все больше и больше.
«А мой все равно больше и лучше», — хмыкнула про себя девушка.
Уже на самых подступах к терему толпа сама несла их вперёд. Мужчины протягивали руки, помогая Святу забираться на бор эт лодок, перешагивать с плота на плот. И вот, на последней просторной ладье, когда до глинистого берега оставался лишь один шаг, перед ними выросла высокая плечистая фигура. Милораде даже пришлось задрать голову, чтоб рассмотреть его лицо, наполовину скрытое за кустистой бородой. Свят остановился перед ним, как вкопанный. Сухой и жилистый, он казался совсем бессильным.
— Что тут происходит, Молчан?
Великан промедлил с ответом, зато выразительные глаза цвета стали медленно перевели взгляд на Милораду. Несколько мгновений мужчина внимательно изучал ее. Милорада сперва хотела спрятаться, закрыться, но тут же вспомнила, что может обернуть этого великана в пень одним лишь щелчком пальцев. Это заставило ее расправить плечи и вскинуть подбородок. Молчан шумно и резко выдохнул, то ли фыркнул, то ли усмехнулся, и вернул взгляд на Святослава.
— Несколько дней от тебя ни слуху, ни духу, княжич. Народ с голодухи дуреет, решили уж, что княгиня тебя заперла или голодом заморила.
— И вы собрались штурмовать терем?
— Кто-то терем. Кто-то — склады при тереме. Конюшни. Псарня тоже подойдёт на худой конец, — неторопливо пробасил Молчан, и с каждым его словом Святослав становился все бледнее.
Юноша стиснул зубы с такой силой, что можно было расслышать скрежет. Он оглянулся на людей, столпившихся за его спиной. В глазах горел голод, впалые щеки разгорелись лихорадочным румянцем. Ещё немного, и все они превратятся в зверей. Молчан же расплылся в улыбке и уронил тяжёлую руку на плечо юноши.
— Но не бойся, я их держу. Они поорут, и разойдутся. Но надо им что-то дать. Хоть хлеба.
— Будет, — кивнул княжич. Молчан согласно кивнул.
— Они будут ждать.
И отошёл в сторону, взгляд его снова обратился к Милораде.
— Невеста что ли?
— Невеста, — кивнул княжич.
— Это хорошо. Значит, скоро князем станешь, — произнес он, но совсем уж невесело. Свят дёрнул губами в подобии улыбки и, крепче стиснув обвивавшую Милораду руку, повел ее дальше вперёд, оставляя толпу в напряжённом ожидании.
Ноги скользили по земле, когда она забирались вверх. Милорада изо всех сил старалась удерживать равновесие, но Святослав слишком быстро тащил ее за собой, и одновременно поспевать за ним и не падать было трудно.
— Я могу идти сама, — шикнула она, выпутываясь из хватки. Святослав бросил на нее прожигающий взгляд, но спорить не стал. Отпустил. Только сейчас девушка заметила, как побледнела от напряжения его рука.
— Не отставай, — только и сказал он, пробираясь по покосившимся доскам, которыми вымостили дорогу к терему. Милорада подхватила подол и принялась шагать. На лбу выступила испарина.
— Этот Молчан — важный человек?
— Воевода моего отца, — кивнул Свят. Говорить не хотелось. Все мысли занимал маячивший перед глазами родной дом и запершаяся там Дана. С одной стороны, хотелось спустить с цепи злую толпу, но он знал, что может произойти. Нет, только бойни, свирепой и кровавой, их княжеству не хватало.
— А твой отец…?
— Умер, — отрезал юноша и обернулся. Милорада стыдливо потупила взгляд.
«Потом», — подумал Свят. Они толком не говорили о таких вещах. Они почти ни о чем не говорили, и теперь княжич чувствовал премерзкое злорадство. Хотела покинуть свою сказочную Топь — получи. Тут тебе не сказки.