Ему оставалось не более пяти метров до ожидающей своей участи девочки с пшеничными волосами.
Его бесчувственный вид заставил огни в глазах Аксеи засиять с новой силой.
Стоя на месте, девушка занесла над головой окутанный чёрным пламенем меч. Разум её был чист, но сердце бешено билось. Только крики несчастных душ нарушали лесную тишину.
Наблюдая за плывущим силуэтом, девушка вдохнула полную грудь воздуха, а затем на выдохе нанесла удар!
Меч разрезал пространство, посылая неугасимый и всепоглощающий чёрный огонь навстречу монстру!
Тот ни на что не обращал внимания, предвкушая вкус очередной жертвы, пока неожиданно не встретил волну невероятной силы, нанесшую ему огромный урон. Тогда монстр издал страдальческий крик!
В этот раз это был голос самого сборщика душ! Вопль боли звучал гораздо хуже завываний несчастных душ. От его крика и ослабшая Аксея и ожидавшая до этого момента своей кончины девочка инстинктивно закрыли уши.
От вопля монстра голова трещала и раскалывалась. Прикусив язык, Аксея старалась не потерять сознание, наблюдая за горящим духом.
Да, он горел. Огонь вредил всему, а потому и для духов он был страшным кошмаром наравне со светом.
Нанесённый Аксеей удар рассёк надвое туловище сборщика душ, но не убил.
Монстр был вынужден проживать последние моменты своей жизни, чувствуя адскую боль, сравнимую с той, что ощущали его жертвы.
Каждый клочок его духовного тела сгорал, и через несколько секунд он рухнул на землю. Первый раз за все его существование он испытывал такие эмоции. Обида и злоба, а он был очень зол, ведь сейчас должен был терпеть эту невыносимую боль. Он желал поглотить душу виновницы его страданий, но больше всего он мечтал подарить ей те же мучения, по частям разрывая её душу.
Но ветер уже разносил его пепел по округе, а это значит, что всему этому так и суждено остаться лишь мечтами.
Глава 48
Глава 48.
Глубоко в лесной чаще, где ещё осталась нетронутая человеком земля, сейчас было необычайно тихо. Лишь лёгкий ветерок разносил по округе свою извечную песню.
Тяжело дышавшая Аксея опустила глаза, глядя на гору ошметков, что остались отее противника. Лишь медленно уносимый ветром пепел доказывал, что ещё недавно здесь был ужасный монстр.
Видя останки поверженного чудовища, Аксея наконец смогла облегченно вздохнуть. Она закрыла глаза и постаралась успокоить всё ещё учащённо бьющееся сердце. От выброса адреналина и пробуждения пламени оно было готово вот-вот вырваться из её груди.
Закончив свою работу, огонь уступил место тьме, возвращая сознанию Аксеи былое спокойствие. Сейчас для неё было невозможно управлять сразу двумя разными элементами.
Фактически, внезапная смена используемого элемента несёт с собой удар по организму и разуму. Резкое изменение преобладающих эмоций является тяжёлым бременем для ментального состояния человека, поэтому девушка сейчас чувствовала себя полностью выжатой как телом, так и душой.
« Получилось...» ― устало подумала она, и на её лице заиграла вымученная улыбка. В этот момент она была действительно счастлива, потому что смогла что-то изменить своей собственной силой, а не получая от кого-либо помощь.
― Фу-ух, ― облегченно выдохнул Морай, когда остатки пламени покинули его тело. Хоть те чувства и сложно было назвать болью, но ощущение адовой парилки ему нравилось гораздо меньше, чем прохлада тьмы, коей его заряжали ранее.
« От сложных путей одна лишь головная боль.» ― устало подумал демон, глядя на еле стоящую на ногах мечницу, ―« Люди слишком сентиментальны... Это сложно назвать проблемой, но, по крайне мере, это лучше слепой жестокости... Как представлю её с моим прошлым нравом, так становится как-то не по себе...»
Хоть Морай и прошёл через океаны убийств, даже для него вид жестокой и лишённой каких-либо положительных чувств Аксеи был неприятным зрелищем. В этот момент у демонического меча зародилось стремление не позволить девушке свернуть не туда, выбирая дорогу крови и ада.
Пока он был погружён в свои думы, Аксея направилась вперёд. Там, около пепла сборщика душ, всё ещё жалась от страха девочка с песочно-золотистыми волосами.
Она всё ещё не понимала, что монстр погиб. Последний крик его агонии для неё выглядел как начало атаки. Девочка ожидала боли или других ужасающих чувств, но ничего не происходило. Вернее ― стало слишком тихо, будто мир вокруг застыл.