- И если они пройдут...
- Им тоже будет необходимо ответить на три сотни вопросов - Ксерат тут уже уловил ход её мыслей - Разумеется, если вы обладаете особой уверенностью в себе, то можете взять на себя их ношу, тогда и первое испытания можно избежать, я всего лишь отправлю вас всех к следующему пункту - его мышление было довольно незамысловато.
Аксея собралась с мыслями. Девушка села за стул и собрала сзади свои длинные, как водопад, чёрные волосы.
Взяв в руку первый лист, мечница сосредоточилась на первом появившемся вопросе. На её плечах сейчас покоилась дальнейшая судьба всей их группы, она не могла позволить себе промах. Сложность вопросов была неизвестна, а цена одной ошибки могла стать тем, что юная леди просто не могла себе вообразить.
«Каков период размножение Нитфельмской Соньки?»
В своём сознании Морай уже несколько раз потёр свои «глаза». За свою долгую жизнь демон никогда не слышал о подобном звере...
...
Тем временем на красочном, наполненном голубыми цветами лугу двое мальчишек мчались друг за другом, пока у середины поляны, около одинокого дерева их ожидала улыбающаяся женская фигура.
Крики и радостный смех разносились по округе вовремя их бега, ещё больше оживляя атмосферу.
Силуэт первого бегущего был немного размыт, когда он проносился между пчёлами и стрекозами. За ним по пятам следовал ребёнок чуть побольше, с сияющими пшеничными волосами и лучезарной улыбкой.
В этот миг даже хорошие знакомые не смогли бы разглядеть в нём образ привычно мрачного, сурового и грубого авантюриста золотого ранга и охотника на монстров, Малкольма Мерлина.
Сейчас, когда удручённый жизнью мужчина в пал в детство и играл с кем-то в пятнашки, за его спиной не следовала та удушающая, нелюдимая аура, что до этого сопровождала его долгие годы.
День шёл своим чередом, а игра мальчишек никак не прекращалась. Они вдвоём всё дальше отдалялись от этой прекрасной поляны, уходя в глубокий лес.
Бегущий за братом Малкольм почувствовал, что что-то не так. Он бездумно следовал за братом уже долгое время, прежде чем обернуться назад.
Там, за его спиной, силуэт ожидающей их женщины становился всё более далёким, она будто растворялась в воздухе, пока всё поляну поглощал странный туман.
Сердце мальчика забилось в беспокойстве.
- Дирк! – закричал он, зовя брата.
Но тот будто и не слышал, бежал дальше, всё глубже углубляясь в лес.
С небосвода пропало солнце, и тьма заволокла чащу. Это место больше не казалось таким приятным и жизнерадостным.
- Ша! – неожиданно, ближайшая тень рубанула по его руке, ничуть не щадя ребёнка.
- Акх! – заскрежетал зубами Малкольм. Удар достал до самой кости, а сам парень рухнул на землю.
- Дирк! – когда-то опытный охотник с новой силой попытался достучаться до брата, вкладывая всё что осталось в этот крик, но тот словно вовсе отказывался его слушать, убегая всё дальше.
Все его естество рвалось вперёд, там явно была опасность, он не мог подвести брата!
Сжав покрепче кулаки, Малкольм встал, и, спотыкаясь, отчаянно поспешил за ним.
Они вдвоём в глубже уходили в чащу. Каждая тень таила в себе угрозу, стараясь ударить или поглотить ребёнка, словно весь мир был против него!
Мальчик отбивался на последнем дыхании, пока тёмная чаща наконец не закончилась.
Полностью побитый, он забежал он уступ. Там он увидел своего брата, готового нырнуть в расщелину.
В отличии от шепчущей опасности леса, та буквально вопила об угрозе. Все фибры его души боялись этого места, словно входа в глубины самого ада.
Малкольм из последних сил крикнул:
- Дирк! – но ответа так и не прозвучало. Брат до конца отказывался его слушать, заходя внутрь.
Ребёнок прикусил губу, и поковылял за ним. Казалось он вот-вот пройдёт точку невозврата.
Даже зная, что назад дороги уже не будет, сердце Малкольма было наполнено решимостью вернуть своего брата, указать ему верный путь.
Ничуть не колеблясь, обычно хладнокровный охотник переступил порог ада, погружаясь в бездомную пустоту.
Исчез свет, пропали звуки, запах...
Малкольм словно тонул в вязкой, отвратительной жидкости, погружаясь всё глубже в пучину хаоса.
Мальчик отчаянно сопротивляйся, выбиваясь из всех сил. Неизвестно сколько длилась эта борьба, неизвестно, когда он сдался...
Парень тонущий в нигде, постепенно стал видеть галлюцинации.
Дьявольский смех сопровождал каждый отрывок воспоминаний о его брате. Безумие поглощало его разум, пока в голове звучали режущие сердце слова.