Злость начала закипать внутри неё, когда она снова опустила взгляд на Аксею, вот только... она не могла на неё злиться...
Вся накопленная за долгие годы обида странным образом сменялась на какие-то ягодки, да цветочки...
«Хм...» - недовольно хмыкнула Персия, - «Как у такого ужасного человека может быть такая прекрасная дочь...» - в её голове образы Кайроса и Аксеи стали абсолютно несовместимы.
«Ну и ладно...» - на её лице расцвела яркая улыбка. Она будет ненавидеть её отца, но это никоим образом не касалось такой замечательной девушки.
Неосознанно, она уже приняла Аксею всем сердцем, как кого-то близкого, а потому не могла питать каких-либо негативных чувств.
Малкольм с Пирсом, про которых в очередной раз забыли, почувствовали себя неуютно.
«Кто знает, что может быть в голове у этой женщины...» - хмурясь, подумал Малкольм. То, что она пока не была врагом, ещё не значило, что неожиданно она не нападёт на их спины. Охотник не мог позволить себе ослаблять бдительность.
Мысли же Пирса, как опытного в любовных делал человека, были куда проще. Он просто не хотел туда лезть.
«То, о чем думает женщина, даже черти не переносят...» - жулик решил держаться подальше от всех возможных проблем. Мужчина знал, что зачастую девушка несёт с собой не только тёплый домашний уют, но и самый, что ни на есть настоящий шторм! Он не хотел оказаться посреди очередной бури. Не факт, что он её переживёт.
Аксея не могла знать мысли двух её спутников.
Всё, что она видела, так это непонятным образом меняющееся выражение лица Персии. От ярой злобы до яркой улыбки. Мечница не могла понять о чём в этот момент думала её знакомая, но отдалённо понимала, что та не жаловала её отца.
«Будто её прихватил приступ болезни, хе-хе-хе...» - для демона же эта ситуация оказалась очень комичной. Хоть шоу было и коротким, но то с какими чувствами, менялись эти лица, было поистине захватывающим.
«Напоминает о старых деньках...» - Морай ушёл в воспоминания прошлого, когда люди строили и не такие мины.
- Кхе-кхе - поняв, что все её мысли были видны на лице, Персия неловко закашляла.
Самый важный навык среди благородных леди – это контроль собственных эмоций, о чём она неоднократно забывала, что в прошлом, что сейчас.
- А ведь когда-то это уже стало причиной моей смерти... – удручённо подумала она, прежде чем вернуться к беседе с Аксеей.
- Нижайше прошу прощения за столь неуместные манеры... Как насчёт чая?
Ей очень хотелось, чтобы все забыли о её позоре, а для этого требовалось перевести беседу в нужное русло.
Глава 87
Глава 87.
В мгновение ока на чайном столике появились новые чашки и блюдца. Сама же Персия учтиво приглашала всех присесть, желая продолжить их доброжелательную беседу.
Ещё не вступившая в свой третий десяток девушка уже вернула себе образ благовоспитанной и вежливой леди. Недавний неловкий инцидент уже исчезал из её памяти, никак не влияя на состояние её духа. Даже наоборот, у Персии было приподнятое настроение от этого нового знакомства.
Бесчисленные годы одиночества сыграли свою роль.
Не то, чтобы Персия была по сути своей нелюдимым человеком... Просто в таком месте, она могла общаться лишь со своей госпожой, а та уже тысячелетия не покидала своих покоев. Насчёт же остальных шестерых верных Смерти слуг, то у каждого была своя особенность, из-за которой банальное общение становилось в принципе невозможным. Вспомнить лишь её попытки начать беседу с Крилексом, скелет-дворецкий чуть не замучил её до смерти унылым и бессвязным разговором о костях.
«Это поистине долгожданная возможность!» - чуть ли не кричала она в своём сердце, следя за рассаживающимися людьми.
Аксея приглянулась ей с первого взгляда, а потому она не могла позволить себе упустить такой шанс.
«Даже боюсь представить, что произойдёт, если я снова останусь одна...» - Персия могла ощущать, что в таком случае её могла ждать участь гораздо хуже смерти.
Чувствуя необходимость начать действовать, Персия покачала головой, отгоняя мрачные мысли, а затем взяла слово:
- Несмотря на неудачное начало, я так рада встретить новых людей! – обратилась она к Аксее и её спутникам, сосредоточив внимание исключительно на мечнице. Остальные же становились слегка неприятным дополнением, Персия не хотела слишком сильно зацикливать на них внимание.