На самом деле Норман не питал ненависти ни к Пирсу, ни даже к загадочному убийце. У каждого своя жизнь и свои причины на подобные поступки. Старик корил себя за то, что в очередной раз поддался соблазну и выплескивал это недовольство на окружающих.
Смотря в непоколебимые голубые глаза Малкольма с еле виднеющейся в них тьмой, Норман иронично засмеялся:
‒ Ха-ха-ха... За что боролся ‒ на то и напоролся... Я уже пропащий человек. Мне осталось не так много времени ходить под солнцем, но дурака Пирса... Этого хитрого лиса, ты, быть может, и вытянешь из этой бездонной ямы, в которую мы угодили.
Чувствуя слабость и боль в пересохшем горле, Норман бросил пару взглядов на графин, будто подавая знак. Видя безмолвную просьбу старика, Малкольм потянулся к кувшину, но был в тот же момент остановлен его словами:
‒ Эта бурда лишь для скота и клиентов годится. На складе за картиной припрятана бутылочка старого доброго « Исмиральда ». Она чуть ли не старше тебя! Принеси её старику, тогда и поговорим.
...
Ворхейм, гостевые комнаты.
Отведённое для отдыха место значительно превосходило возможные предположения Аксеи. Огромного пространства вокруг хватило бы для тренировки целого отряда воинов племени Ульба. Зал был украшен колоннами и фресками, относящимися в прошлой эпохе. На стенах были изображены события минувших лет и древних времён. Например, в этой комнате была показана битва с гигантским змеем на просторах океана.
Проведя ночь на непривычно большой кровати, покрытой мягким мехом разнообразных зверей, Аксея встала как всегда рано. К её обычному списку в виде техник меча и дыхания тьмы недавно добавилось неугасимое пламя. Трудно было представить, какую силу получится развить из новоприобретённой способности, ведь несмотря на то, что она была дочерью дракона, Аксея почти не пересекалась с огнём.
Лишь маленький осколок пламени мог удержаться на её ладони, не приводя к катастрофе.
Глядя на колеблющийся чёрный огонёк, Аксея начала вновь размышлять о способах его контроля.
« Огонь существенно отличается от тьмы... То, что они слились воедино, никак не облегчает задачу... Пламя лишь приобрело некоторые признаки тьмы, никак не поменявшись в своей сути.»
Играясь с тёмной искоркой, Аксея старалась придать ей форму, установить связь или придать немного больше силы. Но ничего из этого не выходило. Даже знание истинной картины мира, которое могло подарить ей понимание всех элементов вокруг, здесь было почти бесполезно. Так же как и с тьмой ‒ чтобы добиться успеха, придётся пройти совершенно новый и неизведанный путь.
« С отцом не составило бы труда разобраться в подобном пустяке...» ‒ с тоской во взгляде подумала про себя девушка, ‒ « Я обязана стать сильной, чтобы встретиться с ним вновь.»
Хотя с момента их разлуки прошло не так много времени, девушка всё чаще вспоминала те сильные руки, которые могли её подхватить, и то сильное плечо, на которое она могла опереться, чувствуя себя в абсолютной безопасности. Его тёплый любящий взгляд в часы нужды грел её душу, а улыбка давала сил идти всё дальше по этой трудной тропе.
От этих мягких и нежных мыслей уголки её губ непроизвольно поднимались вверх, показывая очаровательную улыбку, а взгляд неосознанно поднимался вверх, в надежде увидеть лицо дорогого человека.
Пусть Кайрос и не рассказывал ей многого о своём прошлом, но после встречи с таким количеством божеств в голове Аксеи сложилась одна несложная картина.
На приёме Мистера Зет девушка узнала, что её отец был фигурой равной богам, но почему-то скрывавшейся ото всех на протяжении тысячелетий.
По поступкам Мистера Зет и Фрострея Аксея решила, что богам далеко не чуждо спускаться или косвенно вмешиваться в жизнь смертного мира. Но им либо нужна причина, либо они действуют через посредников, скованные некими обстоятельствами.
« Возможно, отец тоже скован неким причинами. А может, во внешнем мире остались его враги, не дающие ему выйти на свет... В любом случае я должна стать достаточно могущественной, чтобы разобраться и с причинами и врагами отца... Лорд Гибель не посчитал мой вызов чем-то оскорбительным, значит человек определённо способен стать равным богу.»