- Да, дорогая сестра, это и есть ваш новый кот?
- Ах, да, конечно... новый... милая сестра, какие чудесные топазы у вас! Так идут к вашим глазам... я не видела их раньше. Вам их, наверное, муж подарил?
- Э... нет. Эти я заказала сама.
- Неужели? Мне показалось, не совсем ваш стиль, мелковаты.
- По-моему, в самый раз. А вот вы опять без украшений...
- Разве? Вам показалось. Просто я не ношу вульгарных вещей днем, предпочитаю изящество, - Шу тряхнула любимыми серьгами в виде ажурной паутинки с мелкими сапфирами.
- Возлюбленные сестры мои, а не пора ли нам потанцевать? Драгоценнейшая Ристана, позвольте пригласить вас... - Кей предложил руку Регентше, встревая между готовыми сцепиться дикими кошками.
Ристане ничего не оставалось, только как лучезарно улыбнуться и согласиться. Его Величество вывел Регентшу из беседки на лужайку, и музыканты заиграли вальс. Придворные кавалеры, успокоенные видимым благополучием, стали приглашать дам и присоединяться к танцу.
Хилл наблюдал, как Его Величество с Её Высочеством разделывают на лоскутки старшую сестру, и поражался тому, как эти двое понимают друг друга. В высоком искусстве словесных поединков немного нашлось бы таких мастеров, а согласованность их дуэта вызывала в нем чисто профессиональное восхищение. Как лучшие мастера трагедии в Королевском Театре. Точно, королевский театр, иначе и не скажешь. Как опытный тапер, Хилл подстроился к ритму их речи, к тону... забавно получилось. И смотреть на лица придворных было забавно. Настоящая театральная публика, все эмоции на лицах написаны, разве что не хлопают в особо удачных местах. Хилл получал настоящее удовольствие от сегодняшней прогулки. Шу больше не выставляла его на всеобщее обозрение, и он мог спокойно сидеть в уголке и бренчать на гитаре, наслаждаясь её присутствием рядом.
Его представление о коронованных особах менялось неузнаваемо. Молодой король показался ему совершенно нормальным юношей, никаких капризов, самодурства или любви к лести и преклонению Хилл в нем не заметил. Властность и незаурядное актерское дарование - да, несомненно. Способность управлять людьми у этой семьи в крови. Но, похоже, Его Величество больше играет на публику, нежели действительно чувствует себя земным воплощением всех божеств сразу. И плюет на светские условности. Как показалось Лунному Стрижу, с пребольшим удовольствием. Позволил рабу сидеть в своем присутствие, самолично пригласил за стол... как же они похожи, брат и сестра.
Его Величество с Регентшей удалились, свита Ристаны утянулась за своей повелительницей, и Хилл остался в беседке наедине с Шу. Он прижал ладонью струны, гася последние отзвуки, и поднял на неё взор. В приглушенном зеленовато-золотистом свете, проникающем сквозь листья, она казалась мягкой и уязвимой, позволив себе на мгновенье сбросить маску балаганного персонажа. Хилл последовал её примеру, перестав прикидываться каменным изваянием. Шу нежно улыбнулась, подходя к нему, и коснулась его волос протянутой рукой. Он поймал осторожно её пальчики и приник к ним губами, совсем легонько щекоча своим дыханием. Секунду или две они просто смотрели друг на друга, и Хилла пронзала щемящая нежность, останавливая сердце.
- Тигренок, - её шепот ласкал его, подобно прохладным объятиям ленивой реки, заставлял остро почувствовать её близость и, одновременно, недоступность. - Тигренок, милый... ты не устал? - Хилл тихонько покачал головой, не отпуская её руки, и потершись об неё щекой. - Ты, наверное, и танцевать умеешь? Пойдем?
До беседки доносились звуки вальса, и Хилл, отложив в сторону гитару, поднялся и предложил Шу руку. Она положила на неё свою, и повернулась было к выходу, он он осторожно развернул её, потянув на себя, и увлек в танце прямо здесь, вдали от посторонних глаз. Она вздохнула удивленно и покорно, принимая его объятия, и позволяя вести себя. Хиллу до умопомрачения хотелось поцеловать её, хотелось подхватить на руки и кружить, и танцевать с ней на виду у всей этой напыщенной публики, показывая, какое сокровище принадлежит ему... но он понимал, что хочет слишком многого. Поэтому он безропотно выпустил принцессу из рук, едва она легонько толкнула его в грудь и прошептала:
- Подожди, Тигренок, не надо.
Шу немного ещё постояла рядом с Хиллом, впитывая нежность и желание, исходящие от него, и с сожалением отступила на шаг.
- Не сегодня. Пойдем ко всем остальным, - она просительно взглянула ему в глаза, - будь поблизости от меня, но не подходи сам, хорошо? - Хилл кивнул. Шу грустно усмехнулась и вновь превратилась в капризную особу голубых кровей. С высокомерным видом вышла из беседки, не обращая внимания на следующего за ней юношу.
На полянке для танцев праздник продолжался. Музыканты играли, слуги разносили напитки и легкие закуски, придворные танцевали, флиртовали и веселились. Принцесса обратила внимание на несколько встревоженный вид Зака, беседующего на краю лужайки с леди Тейсин. Мия что-то резкое ему сказала, отвернулась и отошла, взяв у проходящего слуги бокал вина.
Зак поймал взгляд Шу и направился прямиком к ней. Одна из фрейлин попыталась остановить его, вызывающе стреляя глазками, но Дуклийон вежливо, но твердо отстранил её, кивнув на принцессу. Приблизившись к ожидающей его Шу, он с поклоном пригласил её на танец, и увлек к более пустынному краю полянки, подальше от музыкантов.
- Шу, что происходит? - с равнодушно вежливым выражением лица плохо вязался взволнованный шепот. - Ты что-то затеваешь? Причем тут Мия?
- Мия? Совершенно не причем. Да и не затеваю я ничего особенного, - принцесса не хотела сейчас обсуждать с Заком свои личные дела, хоть бы и под магическим покровом тишины.
- Ладно, не затеваешь. Но что творится с Мией?
- И что с ней такое?
- Это ты меня спрашиваешь? Это я магией развлекаюсь?
- Зак, ты злишься. Не стоит.
- Не стоит, наверное. Зато стоит объяснить, наконец, что ты с ней сделала.
- Представь себе, не я. Поэтому и спрашиваю тебя - что в ней необычного?
- Да всё! Она меня будто не замечает, или делает вид, что мы не знакомы вовсе...
- Погоди, Зак. У тебя что, на неё серьезные виды?
- Она очень милая, и мне бы не хотелось...
- Я не спрашиваю, милая ли она. Я хочу знать, она тебе нравится?
- Да. Нравится. Ты довольна?
- Вполне. Так что с ней?
- Её будто подменили. Я виделся с ней вчера, и всё было нормально, и мы хотели встретиться сегодня...
- Спокойнее, Зак.
- Ладно. Она не хочет со мной разговаривать, и смотрит только на твоего Тигренка. Да ты сама видела, как она на него вешалась после обеда!
- Видела. Но потом она к Тигренку не подходила.
- Потому что я ей не давал. Шу, она не в себе!
- Зак, не волнуйся так.
- Легко сказать...
- У тебя всё так серьезно?
- Вроде того.
- Настолько, что ты готов на ней жениться?
- Жениться? Ну, я ещё не думал об этом...
- Подумай, Зак. Я пока не очень понимаю, как с ней быть...
- Так ты не объяснила, что с ней?
- Это не моя магия, Зак. Точно. И тот, кто это сделал, похоже, сам не понял, что натворил.
- Это ты про кого? Что-то я таких странных магов в окрестностях не замечал, чтобы непойми что делали! Темнишь, милая!
- Есть немного. Зак, я попозже тебе всё объясню, ладно? И, пожалуйста, Кею пока ничего не говори.
- Шу, это связано с Тигренком?
- Это связано со мной, Зак, и только со мной. Ясно?
- Да ясно, ясно... но ты сделаешь что-нибудь, а?
- Я обязательно сделаю что-нибудь. Только не обещаю, что прям сразу. И постарайся быть с Мией помягче. Она, похоже, не соображает, что творит.
- Конечно, Шу. Спасибо.
- Не вгоняй меня в краску, Зак. Дай сначала разобраться.
- Ну прости. Ты никогда не подводила, и я привык тебе доверять.
- Придворный льстец.
- Ехидна.
Принцесса доверительно шептала что-то дворянину, что сидел за обедом рядом с королем. Она кружилась с ним в танце, и улыбалась ему, и они, казалось, полностью поглощены друг другом. Этот молокосос, похоже, был приятелем короля и охмурял Шу с его попустительства. Что, Его Величество не видит, как принцесса склоняется к его плечу, как сияют её глаза... он же совсем мальчишка, младше Шу! Зачем он ей! Красивый, конечно, породистый мальчишка, не меньше полусотни благородных предков так из него и прут. Герцог какой-нибудь. Хилл не мог спокойно смотреть на Шу в чужих объятиях. Особенно в объятиях какого-то высокомерного хлыща. Почти равного ей по положению. Он физически ощущал пропасть между ним, безродным подкидышем, наемным убийцей, рабом, и сестрой короля. Как бы он ни старался, каким бы ни был пылким и искусным любовником для неё, замуж она выйдет за кого-то вроде этого мальчишки. Или любого из присутствующих здесь высокородных оболтусов.