— О, Ваше Величество! Какая приятная неожиданность! — Шу присела в глубоком реверансе и попыталась облобызать брату ручку, но тот вовремя спрятал её за спину. — Мы так счастливы лицезреть вас, мы просто в восторге!
— Мы рады. Нам приятно видеть Ваше Высочество в добром здравии и хорошем настроении, — сестрица и вправду на редкость весела.
— Ваше, Величество, вы сегодня изумительно выглядите! У вас новый портной? Вам так идет малиновый цвет, просто бесподобно!
— Вы находите?
— От вас глаз невозможно отвести! А какой изысканный покрой, и позументы… боги, великолепные позументы! — Шу ахала и хлопала глазками так ехидно, что Кею нестерпимо захотелось её чем-нибудь стукнуть. Или укусить. Что она тут затевает, хоть бы предупредила!
— Ах, полноте, Ваше Высочество, — Кей состроил милостиво-скучающую физиономию, — какие, право слово, пустяки! Вот вы не далее, чем вчера, обещали показать нам вашего редчайшего кота. Мы желаем взглянуть прямо сейчас.
— Конечно, Ваше Величество, — принцесса ещё раз присела в реверансе, — как вам будет благоугодно. Извольте взглянуть, — Шу обернулась к незнакомому молодому человеку, молча стоящему на шаг позади неё, и поманила его ручкой. Светловолосый юноша приблизился и отвесил изысканный церемонный поклон по всем правилам придворного этикета. Кей во все глаза разглядывал человека, про которого ему вчера рассказал Эрке. Он, конечно, говорил, что Тигренок весьма незаурядная личность, и про неожиданную привязанность к нему принцессы тоже упоминал, но как-то не очень в это верилось. Теперь, глядя на него вблизи, Кей, пожалуй, готов был согласиться, что юноша заслуживает внимания. Хотя бы необычной внешностью. И держится не как раб, но и не как равный. И поклон выбрал со смыслом — старинное приветствие незнатного дворянина высокородной особе, по умолчанию используемое в случае, когда весьма знатный, возможно, даже королевского рода, человек посещал сопредельное государство инкогнито. Попросту говоря, приветствие тайных послов и изгнанников.
— Позвольте представить вам Тигренка, — принцесса мило улыбнулась, — как я и обещала Вашему Величеству, не совсем кота…
— Весьма оригинально, Ваше Высочество, — Кей улыбнулся не менее обаятельно. — Мы не ожидали, что ваш кот настолько редкой породы.
— О, Ваше Величество, кажется, уже пора обедать! Не будете ли так любезны проводить меня к столу? — Шу демонстративно отвернулась от Тигренка и чинно приняла протянутую руку брата.
— Да, Ваше Высочество, я вижу, у вашего Тигренка с собой гитара. Никогда не слышал, чтобы коты владели музыкальными инструментами.
— Если Ваше Величество не возражает, Тигренок порадует ваш слух своим искусством после обеда. И кстати, вы же знаете, я считаю, что коты — чрезвычайно достойные существа. А мой Тигренок даже среди котов совершенно особенный. Возможно, из королевского тигриного рода, — принцесса капризно надула губки, сделала глупые-преглупые глаза и голосом маленькой девочки заявила, — он будет сидеть с нами за столом. Рядом со мной.
Кей несколько опешил. Ничего себе! Ну и досталось благородному обществу! Подавятся, бедные, созерцая за одним столом с собой раба в роли кота. И ведь слова не смогут вякнуть против, если сам король изволит так пошутить. Ой, сестричка, и развлечения у тебя! Его Величество озорно ухмыльнулся (про себя, конечно), и с неподражаемо серьезным видом кивнул:
— Вы считаете, королевского? Возможно, возможно… — придворные, прислушивающиеся к их разговору, несколько побледнели, шокированные таким пренебрежением. Они интриговали и тратили бешенные деньги, чтобы добиться чести быть приглашенными на королевский обед, на дуэлях выясняли, кто из них имеет право сидеть за столом поближе к Его Величеству, а тут кот! Простолюдин! Невольник! Какой скандал! — Вы же знаете, Ваше Высочество, что мы ни в чем не можем вам отказать… — и милостиво кивнул Тигренку, — приглашаем вас к нашему столу.
Хилл изобразил ещё один изящный поклон, удивленный не меньше придворных. Он ожидал, что опять окажется на полу у ног принцессы, как и полагается коту, а никак не за королевским столом. Однако чувство юмора у Его Величества… графские сынки зеленеют. Будь он хоть самым захудалым дворянчиком, его бы уже не меньше двенадцати раз вызвали на дуэль под любым предлогом. Но марать руки о раба благородное достоинство не позволяет. Да и связываться с принцессой Шу как-то не очень приятно. Отпетых самоубийц среди них нет. Вот подстеречь наглую тварь вечерком где-нибудь в дворцовых закоулках… хе. Ну, подстерегите, подстерегите. Жаловаться потом некому будет — не признаетесь же Её Высочеству, что всей толпой хотели её любимую игрушку прикончить. Хиллу начинало нравиться положение кота Её Высочества.