рассказывает о том, как, задумав сочинять лэ, она вдохновлялась примером древних греческих и римских авторов, дабы создать нечто занимательное и морально
поучительное и сохранить в веках услышанные ею истории. В русском переводе
наиболее известно самое короткое из лэ Марии – «Жимолость»:
Мне лэ понравилось одно –
Зовется «Жимолость» оно.
Правдиво расскажу я всем,
Как создано оно и кем.
Его я слышала не раз,
Нашла записанный рассказ,
Как сладостный постиг недуг
Тристрама и Изольду вдруг,
Как скорбь наполнила их дни
И вместе смерть нашли они.
Разгневан Марк, король страны, -
Тристраму не простит вины:
Он королеву полюбил
И королю теперь не мил… (Пер. М. Замаховской)
В конце века появляются и быстро обретают популярность среднеанглийские «бретонские лэ»: «Сэр Гаутер» (« » ок. 1400), «Сэр Дегарэ» (« e», начало в.), «Эмарэ» (« e», конец в.), «Сэр Ландеваль» (« », пересказ «Сэра Ланваля» Марии Французской, 1-я половина в.), «Сэр
Орфео» (созданное в конце – начале вв. переложение сюжета об Орфее и
Эвридике, – то самое лэ, что переводил Толкин). В цикле «Кентерберийских рассказов» Дж. Чосера бретонское лэ вложено в уста Франклина («Рассказ Франклина»); в «Прологе Франклина» дается определение жанра:
ПРЕДИСЛОВИЕ ПЕРЕВОДЧИКА И РЕДАКТОРА
Бретонцы славные в былые дни
Слагали песни. Песни те они
Прозвали лэ по складу и напеву
Старинному. Их складывали девы
Бретонские и распевал их бард… (Пер. И. Кашкина)
О песенном характере лэ говорит и «создательница жанра» Мария Французская: она завершает «Лэ о Гвигемаре» словами о том, что это – произведение, :
ё i .
[ которое исполняют на арфе и роте;
приятно слушать этот мотив ].
Перезвон арф незримо присутствует и в «Лэ о Лейтиан», аккомпанируя пере-сказу ключевых событий: эльфы / эльфийские арфы поют о подвигах Фингона и
его гибели (Песнь ), о гибели Финрода (Песнь ), о том, как Берен и Лутиэн
возвращались с Тол-ин-Гаурхот (Песнь ), о том, как пробил судьбоносный час
над Дориатом, и т.д.; строка « » [ как по сей день поют
эльфийские арфисты ] в разных вариантах повторяется в толкиновском легендариуме снова и снова.
Имена и сюжеты Мария Французская заимствовала из кельтского – бритт-ского или бретонского материала; однако пользовалась и бродячими сюжетами, и латинскими и французскими источниками. Топонимика бретонских лэ – это, несомненно, топонимика полуволшебного кельтского мира: действие происходит
в армориканской Бретани или в Британии: в Сен-Мало («Соловей»), в Эксетере
(«Элидюк»), в Корнуолле («Ланваль»), в Уэльсе («Милон»); экзотично звучащие
имена , , , – кельтские (бретонские). Что
любопытно, что рецензент издательства « & » , ознакомившись с рукописью поэмы «Лэ о Лейтиан», действие которой происходит в Белерианде /
Броселианде, интуитивно классифицировал ее как подлинную «кельтскую же-сту»: неодобрительно отозвался о «зубодробительных кельтских именах», однако
отметил «ту безумную, ослепляющую красоту, что озадачивает англосакса при
встрече с кельтским искусством». Любовь и предательство, разлученные влю-бленные («Жимолость», «Гвигемар», «Милон», «Соловей»), звери-оборотни, звери, наделенные даром человеческой речи или иными волшебными свойствами
(«Бисклаврет», «Йонек»), женщины дивной красоты, обладающие сверхъестест-венной властью; таинственные миры, куда смертному человеку вход заказан; смертный, влюбленный в деву-фэйри, или смертная, влюбленная в волшебного
рыцаря («Граэлент», «Ланваль», «Гвингамор», «Сэр Дегарэ») – все эти элементы, мотивы и темы бретонских лэ вобрало в себя «Лэ о Лейтиан», предание о событиях
мира, где эльфийские и людские королевства существуют бок о бок и люди сражаются на стороне эльфов в войнах с общим врагом.
Подлинное бретонское лэ – это стихотворная повесть, не роман; объем сохранившихся лэ варьируется от 100 до 1000 строк (в «Жимолости» 118 строк, в
«Элидюке» 1184) – это подходящий размер для небольшой самодостаточной истории о любви или о чудесном происшествии. Но «Лэ о Лейтиан» далеко превосходит этот объем – поскольку вписана в контекст истории Арды, будучи лишь од-